О Православии в школе
Большое количество русских людей. Подчеркну, не "граждан Российской Федерации", а именно русских людей, с фанатичным упорством стараются ничего не знать о Православии. Именно это, воля к сознательному невежеству, а не забота о чьей-то религиозной свободе, толкает их к рассуждениям в духе "религии в школе не допустим, это антиконституционно", при том, что в остальных случаях они за конституцию, мягко говоря, не хватаются.
Люди именно не хотят ничего знать. Боятся знать. Для них прикосновение к этой теме болезненно. Я не раз и не два замечал даже на очень достойных людях странное свойство, патологическую боязнь соприкоснуться с аутентичной православной традицией, предпочтение случайных и искаженных источников, готовность узнавать о чем угодно, о какой угодно оккультной белиберде, конспирологическом бреде, лишь бы не о Православии. На этом месте - слепое пятно и защитная реакция практически непреодолимая.
Это вполне понятно. Наше общество дважды пережило серьезное изнасилование религиозного и культурного сознания. Сперва при Петре, когда насильственно вводили чуждые обычаи, насильственно брили бороды, внедряли чуждое богословие, чуждую память, чуждое искусство. Затем при ранних большевиках, когда лучшие люди Росси были объявлены кровопийцами и реакционерами. В результате образовалась очень странная "условно русская" психология людей. Они знают, что отлучены от каких-то очень важных ценностей, которые были главными для нескольких десятков поколений их предков. И они прекрасно знают, что эжти ценности имеют очень важное отношение к ним самим, имеют над ними власть. Единственный способ не подчиняться подлинной власти - это с нею не сталкиваться, не иметь точек соприкосновения, бежать от нее. Именно поэтому "расправославненные" русские, в том числе и очень хорошие, так старательно стремятся изолировать Православие от себя. Не встречаться с ним, оставить его очень небольшой когорте "профессиональных православных" и чуть большей "заходящих православных". То есть сделать православие безобидным и смешным хобби. Интересно, что те. кто сознательно занимет некую ясную позицию, удаленную от Православия и внутренне продуманную, такой власти не чувствуют и фобиями страдают много меньше.
Отсюда и особенно ожесточенное сопротивление преподаванию православных дисциплин в школе в какой-либо форме. Конечно, я тоже считаю "преподавание православия" паллиативом. На самом деле курс русской истории обязательно должен включать в себя историю Русской Церкви, поскольку до 18 века это вообще центральное содержание такого курса, а до 20 - очень значимое. И без этой составляющей курс русской истории банально искажен, является отступлением от истины. Курс русской литературы бессмысленен без огромного пласта церковной литературуы, без житий, повестей, поучений, без церковной гомилетики. И перераспределение внимания в пользу 19, а тем более 20 века (именно по принципу их наибольшей секуляризованности) - есть зло. Любое обществоведение немыслимо без преподавания сути и смысоа православного мировоззрения, которое оказывало и оказывает огромное влияние на самые глубинные пласты русской общественной жизни. Поэтому настоящим решением является переработка программ всего школьного круса, а не просто введение еще одного предмета.
Но с чего-то надо начинать. Оптимально, - именно с Житий Русских Святых, поскольку это - живая история, живая традиция России. Человек, который не знает этой традиции, не прочувстовал ее изнутри, - в соатве русской культуры полноценно жить и творить не сможет. Святые - это не собственность Церкви. Напротив, Церковь и наша культура - это собственность святых, - Владимира и Ольги, Печерских чудотворцев, Александра Невского, Дмитрия Донского, преп. Сергия, преп. Андрея Рублева, и далее к нашему времени. Здесь сознательное незнание равно сознательному культурному самоотчуждению.
При этом надо понимать, что вполне добровольно, при "всеобщей поддержке" и "полном консенсусе", никакой полноценный религиозный курс в школе не ввести. Сопротивление будет очень мощным всегда. Поскольку то, что насильственно вывихнуто и вправить можно только с применением некоторого усилия и сам момент вправления достаточно неприятен. Поэтому вопрос о восстановлении православной составляющей образования - это вопрос политический прежде всего, а не вопрос "добровольности". Чувства конкретных людей, не желающих по уважительным причинам, чтобы их дети знали то, чем жили еще их прадеды, можно понять, учесть и пощадить в тех или иных конкретных формах. Но как общеполитическая и общегражданская норма православие в школе должно быть возвращено. Нельзя до бесконечности волочить за собой сломанную ногу.