Ответил блоггерам и журналистам одной союзной страны на некоторые их вопросы, касающиеся событий 11-15 декабря в Москве. Когда они их вывесят у себя, вывешу полный текст.

Пока же приведу в открытом доступе один, самый важный, на мой взгляд, ответ.

- Как изменилась  Россия  после 15 декабря? Какие выводы сделали граждане?

Выводы из событий на Манежной 11 декабря сделаны довольно простые. Русские привыкли жить надеясь на государство и взыскуя правосудия. Наши законопослушность и государственничество "несмотря ни на что" стали, пожалуй, предметом насмешек всех соседних народов и всего мира. И вдруг оказалось, что никому этого не было нужно. Что как только русские сбиваются в плотную толпу и показывают силу, тут же с нашим мнением начинают считаться и милиция, и власть, и журналисты, и другие народы. Тут же выясняется, что, по большому счету, нас боятся.

Это не очень радостный вывод. Русский человек по своей природе государственник. Я видел как млели самые закоренелые оппозиционеры, когда 15 декабря милиция и омон четко делали свою работу и задерживали всех правонарушителей. Этот государственнический восторг доходил до того, что радовались задержанию даже "своих", если их задерживали за очевидную и понятную причину. Вид государственной машины, работающей четко и без сбоев, совершенно завораживает практически любого русского. Лишь бы она работала.

Но увы, нет никаких сомнений в том, что эта машина сейчас будет работать только находясь под жестким прессингом русской толпы. Что без Манежной на Киевской было бы кровавое побоище в котором безоружных русских расстреливали бы из травматического оружия, а то и из автоматов.

Соответственно, в ближайшие месяцы жизнь гражданского общества в России приобретет характер перманентного бунта. Который будет длиться до тех пор, пока система правопорядка и правосудия не станет, наконец, самодвижущейся. Чем скорее это произойдет - тем короче будет бунт.

А когда это все-таки случится, то даже самые закоренелые скинхеды откажутся от уличного насилия, от попыток нападений на инородцев. Никакой расовой и национальной ненависти в природе русского человека нет. Понадобилось чрезвычайно много усилий - годы бесправия, террора, лжи, чтобы он начал связывать негативные проявления и, прежде всего, криминал, с этническим фактором.