September 6th, 2010

Мне скучно, бес...

По наводке ivan_i_demidov начал смотреть нового бибисишного "Шерлока". Местами очень хорошо - полный восторг. Переделки хрестоматийных ситуаций и диалогов вызывают прилив эмоций. А местами очень противно и страшно натянуто. Некоторые вещи большинству зрителей кажутся новыми, поскольку они не смотрели "Декстер", а влияние этого сериала несомненно. Но в целом, конечно, Биб-Би-Си положило Гая Ричи на обе лопатки (про Масленникова я так не сказал бы - там все-таки экранизация, но и ему это действительно достойный вызов).



Но вот что любопытно - европейцы (в той степени, в какой англичане - европейцы) пытаются снова реанимировать архетип европейской цивилизации - архетип Фауста - мятущийся дух, неостановимый в жажде познания и устремленный к бесконечности. Европа, вроде бы, уже закатилась, контекст изменился, и вдруг снова фаустовский человек в таком беспримесном виде и снабженный новейшими электронными гаджетами. Правда снабженный очень интересным способом - заметьте, главная черта Шерлока - это то, что он, прекрасно разбираясь в электронных устройствах, сайтах, интернете и т.д., почему-то ходит без собственного мобильного телефона. Вообще, интересно, - похоже, что люди запада искренне считают наличие этих электронных устройств, условный глобальный айфон, главным подтверждением своегосовременного превосходства.

Но вообще, появление новой апелляции к этому архетипу, показывает, что европейцы хотят доказать, - они еще живы. Это, кстати, не очень хорошо для русской культуры и самосознания. Дело в том, что нас реально прет от фаустовского человека. Мы, люди русской культуры, находим оправдание Европы именно в этом фаустовском духе, в заявке на сверхчеловечность. На мой взгляд это величайший обман, ибо Европа по большей части разыгрывает перед собой и миром "фаустовский театр". Реальный человек не может думать так и с такой скоростью как Шерлок, обрабатывать такие массивы информациии, сопоставлять такие разбросанные факты. Вообще, гениальность, - это не сверхмощь разума, это инвольтация. В разуме же стремящемся беспредельно расширить свои естественные границы есть нечто нереальное, а в образе такого человека (так сказать "рекламном супергерое" цивилизационного пространства) - нечто демоническое (что и показал Гете).

Бибисишный Шерлок - это именно фаустовский супергерой. В нем намного меньше человеческого, чем в реальном Холмсе Конан Дойля. Ну и мотивация соответствующая, - ему в общем-то просто скучно. Интересно, появится ли рядом с ним Мефистофель, который возьмется развеивать его скуку и как далеко он его заведет.
 

P.S. Кстати интересно,  что когда, увлеченная созерцанием фаустовского духа, русская цивилизация решила породить свой фаустовский стиль, то получилось нечто противоположное. Архетип секуляризованной русской цивилизации - это, конечно, Прометей. Так сказать Христос для атеистов. Творец теургии без божественности. Культурный герой, реальный преобразователь мира, приносящий в него огонь, новые искусства и ремесла, новые возможности и улучшения. Если Фауст устремлен в бесконечность, за пределы реальности, Прометей овеществляет бесконечность и делает её реальной и пластичной, приспособленной для жизни. Он не стремится к непознанному, но делает его познаваемым. И очень жестоко за это платит.

Если фаустовский миф - это миф о теургическом бессилии и безнаказанности (вспомним, что теургическая попытка Фауста закончилась плохо для всех, особенно для Филемона и Бавкиды, но его самого жульнически "отмазали"), то прометевский миф - это миф о наказании за подвиг, наказании за победу творчества и культуры над вечным печальным уделом человека. Прометей платит цепями и собственной печенью... И любой "прометеевский человек" так же обязан жестоко заплатить. В советском кинематографе есть гениальный, совершенный прометеевский фильм (один из моих любимых) - "Укрощение огня". Герой, протагонист Королева, реально меняет мироздание и существование людей. Но платит за это - платит всю жизнь и платит ранней смертью (собственно фильм начинается со смерти героя и вся его история есть ни что иное как пробегающая перед глазами умирающего жизнь). Без этой платы никакой прометеевский подвиг не принимается (как там, дело прочно, когда под ним струится кровь?).

Возможно подсознательная тяга русского ума к Фаусту - этто тяга к бесплатности познания, обещанной мятущемуся фаустовскому духу. Бесплатность тоже, конечно, относительная, придется шагать по трупам валентинов и маргарит, филимонов и бавкид, ширяться, сходить с ума, слепнуть и так далее. Но это все-таки не то - каждый фауст в глубине души точно знает, что настанет момент и ангелы возьмут его на руки и у несут подальше от всех мефистофелей. Соблазнительно, бес его побери, очень соблазнительно!

Отец и мать



Я, конечно, категорически против евронадругательств над естественным языком, но по сути постановки вопроса Наташа, конечно, права. Как регулярно дискриминируемый по разным поводам отец я её диагноз поддерживаю. Что не отменяет мерзостности европолиткорректности. Тем более, что я подозреваю, что европейцы хотят не столько уровнять в правах отцов, сколько напротив - показать козу "патриархальности".