August 14th, 2011

Латынина

Оригинал взят у poulon в Латынина


А то, что именно стоики и эпикурейцы (не в качестве фигуры речи, а конкретно - доносы на христиан писали именно представители соответствующих философских школ + киники) начали убивать христиан, причем делали это старательно и с выдумкой - это Йуле как бы не в курсах?

Не дай Гиббону съесть твой мозг!


Кризис и падение Римской Империи

Кстати, о падении Римской Империи....

Вспомнил один старый текст о римской цивилизации, который никогда не публиковал (это были наброски публичных лекций, которые я намеревался начать читать, в случае, если вредоносное влияние фильмов типа Ипатия будет большим (оно оказалось нулевым, к счастью), где на эту тему есть некоторые замечания. Главным фактором падения Римской Империи конечно же стало появление на Востоке державы Сассанидов - Ираншахра.

Collapse )

Но, поскольку речь шла, все-таки, о воплощении своеобразной социальной утопии, исторической мечты, а не религиозного поиска, то «исполнение» этой мечты не могло не обернуться её обессмысливанием. Многие исследователи отмечают, что именно правление Августа, а затем правление наиболее близких к нему по духу цезарей из счастливой династии Антонинов, при внешнем расцвете, мире, благополучии и казавшемся совершенстве жизни, стали своеобразным исчерпанием идеала античной культуры. Ситуацией, когда все замыслы воплощены, когда на все старые вопросы получен ответ, а новые не возникли. Как ни странно, на фоне общего социального счастья античный человек все более начал ощущать себя несчастным, возникла ситуация «отчуждения» о которой так любят говорить современные философы. И именно это отчуждение стало той внутренней духовной стороной кризиса, который постепенно разрастался и, в итоге, свел античный мир в могилу, от которой лишь восточную его часть избавило фениксово превращение из Рима в Византию.

Прежде всего, это был кризис полисного человека. Кризис масштабный и всесторонний. Да, поданному империи теперь обеспечивались жизнь, безопасность и даже некоторое благополучие. Но только всё это от него не зависело. Считалось, что император, которому передан империум римского народа, является верховным собственником земли и вообще всего имущества, а его подданные – лишь распорядителями. Это вполне соответствовало логике римского права, разделявшего владение и пользование. Эта логика, конечно, спасала от трансформации в восточный режим, предполагавший превращение жителей страны в государственных крепостных, но все равно никто подлинным хозяином своего имущества себя не чувствовал. Мало кто жил теперь от своей земли, от собственного хозяйства, обычно жили либо на заработки, либо на подачки, либо на доход с торговли, либо, если речь шла о высших слоях, от огромных латифундий, в которых рабство было поставлено на совсем другую ногу и где непосредственность связи господина и раба совершенно терялась. Другими словами, гражданин Римской Империи утратил ту экономическую независимость, которая лежала в основе полисного сознания.

То же самое произошло и с военной независимостью. Армия империи была огромным великолепным военным механизмом. Но этот механизм был совершенно отчужден от граждан. Она комплектовалась теперь лишь из представителей низших слоев, прежде всего из крестьян. В процессе они, конечно, достаточно романизировались и выходили на пенсию наделенными землей и правами римских граждан ветеранами, бывшими самой надежной опорой правительства. Но это не только не снимало, но и повышало их отчуждение от остального общества, тем более, что ветераны часто выполняли функции тайных доносчиков и агентов на местах. Таким образом, гражданин империи перестал ощущать себя «человеком с копьем», что была для обществ античного типа непременным атрибутом свободы и человеческого достоинства.

Наконец, император, волей-неволей, оказывался метафизическим центром социума, что нарушало и греческий идеал быть самому себе царем, и римский идеал спасения через подвиг ради Отечества. Тем более, что многие императоры, обладавшие тираническим характером, не только не приветствовали, но и, напротив, карали за подвиги. Характерен в этом смысле пример Гнея Юлия Агриколы, полководца времен Веспасиана и Домициана, чья жизнь описана Корнелием Тацитом. Тацит воспевает Агриколу именно за то, что он исполнил свой долг государственного мужа и вовремя, разумно, отошел в тень, чтобы не вызвать зависти и ненависти Домициана, но все-таки, по слухам, был отравлен последним.

Тем самым угасал дух соревнования, «агона», бывший двигателем античной цивилизации. В этом смысле, хотя гражданская война, которую непрерывно вел Сенат с наследниками Августа мало отражалась на населении Империи и описываемый Тацитом кровавый террор касался буквально одной сотой процента граждан Империи, он не остался без последствий. Тот цикл «накопления заслуг», который начат был, некогда, основателями Рима прервался. Никто больше быть римским героем не хотел.

Итогом всего это стал кризис, расползавшийся по империи еще в счастливые времена Антонинов. Пустели города, так что на площадях греческих городов паслись только козы. Люди умирали, не оставляя потомства. Разорялись мелкие и средние хозяйства. Все нарастала ненависть бедных к богатым — верный признак неблагополучия общества. В результате, к концу II века нашей эры империя напоминала здоровое и крепкое по внешности яблоко, однако уже основательно подъеденное изнутри. Не хватало только одного — внешнего давления, чтобы начался страшный коллапс. И в конце II начале III века этот внешний фактор проявился — на северные границы империи началось давление германских племен, послышались первые раскаты великого переселения народов, а с 224 года, на месте бессильной и вырожденческой полуэллинистической парфянской империи появилось мощное государство Сасанидов, «Ираншахр», спаянное пламенной зороастрийской верой и переустроенное на новых военно-технических основаниях, в которых основной упор сделан был на тяжелую конницу. Стоило этим двум врагам «сдавить» Империю и она смялась, начав пожирать самоё себя. Начался катастрофический кризис III века, с которого мы будем говорить о нашем предмете более подробно и менее общими словами.

(no subject)

В Российской авиации появятся пилоты-гастарбайтеры

В Российской авиации появятся пилоты-гастарбайтеры

В Министерстве транспорта России признались, что нашей стране остро не хватает квалифицированных летных кадров. На то, чтобы преодолеть этот дефицит направлен проект изменений Воздушного кодекса РФ, который готовится сейчас министерством.

Автор: Русский обозреватель

Дальше

Моя аэрофобия начинает прогрессировать.

(no subject)

Государство, не имеющее цели высшей, чем оно само, - обречено.


Это доказывается примером блестящих эпох Рима Антонинов и Франции Людовика XIV.