May 10th, 2015

кепка

Бойня в Мариуполе на 9 мая 2014 г. совершенно забыта в РФ

Оригинал взят у rigort в Бойня в Мариуполе на 9 мая 2014 г. совершенно забыта в РФ
9 мая 2014 г. в Мариуполь вошли украинские части. В городе было всего около 30 ополченцев (часть погибла, остальные разбежались после атаки украинцев на их штаб-квартиру накануне ночью). Сначала были расстреляны местные милиционеры и сожжено здание ГУВД, т.к. часть милиции не проявила достаточной лояльности к Киеву. Затем подразделения украинской армии провели в городе показательную акцию устрашения: передвигаясь по главным улицам города, они периодически открывали огонь на поражение по мирным жителям.








Моё большое интервью МК в Крыму



- А когда вы впервые оказались в Крыму?

- Первый раз я в Крыму оказался довольно поздно. Вообще, как и каждый советский ребенок, я слышал, что есть загадочный Крым, но в детстве мы ездили в нашу деревню в Калужской области. Потом, когда я уже вырос и сам был способен куда-то ездить, Крым оказался за границей. А я человек не очень мобильный, все никак собраться не мог. В 2006 году, когда серьезно обострились дискуссии вокруг Крыма и его принадлежности, потому что здесь появились НАТОвцы, начались какие-то учения на Донузлаве и протесты по этому поводу, мы решили сделать программу для НТВ на эту тему, которая должна была называться «Русский ответ». И, в частности, обсудить вопрос, может ли Крым присоединится к России? Решили снять несколько стенд-апов в Севастополе. Программа так и не вышла. Зато я впервые оказался в Крыму. Поехал в Севастополь. Где-то на шоссе Симферополь-Бахчисарай-Севастополь вдруг обалдел: увидел справа бескрайнее поле маков. Абсолютно инопланетное, каких-то совершенно фантастических цветов, до самого горизонта. Попросил остановить машину. Долго ходил среди маков, трогал, боялся помять. Я понял вдруг, что всю жизнь жил ради этого момента. В Севастополе нас поселили на Одесской улице, рядом с рынком. Я почти сразу отправился на Херсонес. И вдруг понял, что не понимаю, как до этого жил без этого города, без этого места? Я понял, что хочу быть в Крыму все то время, которое могу себе позволить. Так с тех пор и происходит. Разделить Севастополь и Крым не могу. Это одна для меня психологическая среда. Я весь южный берег объездил. Теперь мечтаю на восток заехать, в Керчь. Я люблю этот полуостров, его природу, его людей. Он мне все время дарит какие-то маленькие чудеса. Например, прошлым летом мы с женой, путешествуя по Крыму, пошли в Массандровский дворец. А там бабушка-экскурсовод нам и говорит, а хотите, проведу экскурсию в пещеры? Конечно, хотим. Привела нас в эти пещеры, рассказала, где здесь ходил Николай I, какие стихи по этому поводу написал Максимилиан Волошин. Было очень увлекательно. В Харакс и Дюльбер нас еще повела. Это потрясающе! Для меня Крым – это мой персональный рай. Когда один идиот в прошлом году спросил, мол, вы готовы умереть за этот Крым? Я ответил, что я не то, что умереть, я вас всех убить готов. Это мой рай. И я его никому никогда не отдам.

http://crimea.mk.ru/articles/2015/05/08/egor-kholmogorov-krym-nado-okonchatelno-zachistit-ot-simvolov-ukrainskoy-gosudarstvennosti.html

Мои твиты

Collapse )

"Пили бы баварское..."

Каждый раз, когда я слышу про то, что "проиграли бы - пили бы баварское", я теперь вспоминаю вечер в Калининграде.

В огромном ресторане наливали какое-то чудовищное количество пива четырех сортов. Столы ломились от жратвы. Во дворе стояли Баварские БМВ, а так же Ауди и Фольксвагены.

Но только Кенигсберг - наш.

Не понимаю, с какого глузду надо было делить Восточную Пруссию с поляками, да еще и отдать им наш родной Августов, чтобы этой ценой "выкупить" у них безумных галичан... Но Кенигсберг наш.

Значение имеют только территории. Остальное - кажимость.

Если придет день выбирать между георгиевской ленточкой и радужной - что выберет мир?

О том, чему мы стали свидетелями в этот день и почему это так поражает.

На самом деле уже очевидно, что в России происходит некий важный культурный синтез, мы находимся в точке бифуркации культурного взрыва (в лотмановской терминологии). То есть разные разбитые культурные коды нашего прошлого вдруг взаимоперевелись (напомню, что культурный взрыв происходит там, где идет условно-адекватный перевод между несколькими кодовыми системами, в результате которого создаётся новый текст) и сплавились в некое единство.

Бессмертный Полк примерно обозначил масштаб и эмоциональную насыщенность этого синтеза.

Причем получившийся результат работоспособен не только для нас самих. Это определенный стиль, который противопоставляет лучшую, в каком-то смысле - самую гуманную эпоху в истории мира - 1945-1975 и нынешний западный радикальный утопизм, которому недалеко от игиловского. Когда у мира встанет выбор между черно-оранжевой лентой и радужной, отнюдь не весь мир выберет радужную.

http://izvestia.ru/news/586369

РОЖДЕНИЕ НОВОЙ ЗВЕЗДЫ



Запад объявил России масштабную символическую войну по поводу рутинного исторического юбилея. И проиграл её с треском.

Россия предстала перед миром как сильная военная держава, обладающая сверхсовременным оружием - смотрим на «Армату», несокрушимым героическим боевым духом - смотрим на Моторолу на параде в Донецке, и уверенностью в святости своего дела – смотрим на то, как Шойгу крестится проезжая под иконой Спаса над одноименной башне. У этой страны влиятельные союзники, способные прислать свои войска (пока символически), и немало доброжелателей в самом же западном блоке.

Но еще более впечатляющим чем парад, точнее интерференция парадов в Москве и Донецке, был Бессмертный Полк. В этом гражданском марше, объединившем миллионы людей по всему миру, был явлен тот ключевой смысл, который наш народ вкладывает в 9 мая. Война оборвала миллионы жизненных ниточек, миллионы навсегда угасших родовых преемств и памятей. Но тем важнее каждая связь, каждая линия памяти, которая сохранилась.

Память как победа бытия над небытием и жизни над смертью.

Пока мы помним героев той войны – существуют в нашем мире они, существуем и мы, их потомки. День Победы, который казался, с уходом ветеранов, обреченным потерять своё звучание, взял, пожалуй, новую метафизическую высоту, оказался определенной философией.

Это пространственно-временное соединение всей страны – от Камчатки до Севастополя, от прадедов до правнуков вокруг единой идеи, единого подвига и в единой любви производят, конечно, совершенно завораживающее впечатление.