June 15th, 2015

"Носители доброкачественных мемов". Или немного о Докинзе.

Вокруг замечательного человека Ильи Смирнова, памятного мне как автор великолепной истории русского рока, развернулась настоящая травля по поводу критики им Докинза и "Династии" за навязывание Докинза с прямо-таки сектантской страстью.

Вот сами статьи Смирнова.

http://izvestia.ru/news/587507

http://politconservatism.ru/thinking/kak-ya-ne-stal-predatelem/

Если на секунду отнестись к теории Докинза всерьез, то она опровергает сама себя.

Достаточно посмотреть на жизнь интернет-мемов, чтобы заметить их вопиющую недолговечность. Никакого "естественного отбора" не происходит. Они просто умирают.

Думаю, что если человеку младшего поколения написать что-то вроде "Аффтар жжот" или "выпей йаду", то он тихо обалдеет и вас не поймет.

А еще недавно это был всеобщий язык.

Точно так же скоро никто не вспомнит даже о самом Карле.

"Свидетелям Докинза" пришлось создать специальный культурный инкубатор всякой гнуси - Луркмор, чтобы все выпущенные ими в интернет фекалии хоть как-то сохранялись и воспроизводились.

Но это лишний раз доказывает, что эволюция и селекция - это разные, если не противоположные вещи.

Впрочем и Лурку однажды забудут. Она уже протухла.

Существуют как раз устойчивые, не особо-то эволюционирующие, весьма ограничено изменчивые культурные структуры. Не обязательно считать, что вся культура сотворена за 6 дней. Но она меняется, мутирует и развивается в гораздо меньшей степени, чем можно подумать.

Эпос о Гильгамеше варьировался и оформлялся 2000 лет месопотамской цивилизации.

Фауст - это древняя народная легенда.

Вариации Илиады и Одиссеи и по сей день составляют значительную часть европейской культуры.

"Суперхромосома" Библии пронизывает собой всё. Без неё жизнь культуры оказывается попросту невозможна.

Но Докинз ведет войну как раз с теми самыми устойчивыми структурами, которые создают ему дискомфорт - религией, моралью и т.д.

То есть если говорить в его же собственных терминах, то Докинз стремится разрушить "мемофонд культуры". Так разрушить, что после него ничего бы уже не было.

Докинз, строго говоря, это вирус, который хотел бы убить все сложные формы жизни. По счастью, - убивалка не выросла.

Впрочем еще о мемах.

Если приглядеться внимательно, то мем - это средство не сохранения, а искажения культурной информации. Намеренная или непреднамеренная неточность. Заглушающий шум. Аббревиатура.

Значительная часть культурной информации действительно хранится в мемах, просто потому, что интеллект человека не способен реально сохранять большой объем точной информации.

Мемы - крылатые фразы, знаковые образы, популярные цитаты, служат своеобразными ярлычками каталога культурных текстов.

Вы можете себе представить ученого, который говорит, что мировая литература - это, на самом деле, набор библиотечных карточек? Вот Докинз именно за это...

Однако мемы отличаются от библиотечных карточек тем, что передаваемое ими содержание не нейтрально, а, как правило, искажено.

К примеру, есть тысячи либеральных православных, псевдоправославных и квазиправославных, которые лихо как топориком орудуют фразой "Во Христе нет ни эллина ни иудея", утверждая, что она имеет какое-то отношение к многонационалочке.

На самом деле речь идет о пренебрежении двумя обрядовыми законами - иудейским, требующим обрезания, и эллинским его не требующим. И обрезанный и необрезанный равно близки ко Христу. Нет смысла делать обрезание, чтобы стать христианином.

Никакого упразднения наций, этносов, в Новом Завете нет, напротив сказано "идите и научите все НАРОДЫ".

То есть мем, которым подменяют чтение подлинного писания, не ведет к нему, а искажает его.

И так в сотнях и сотнях случаев. Ситуация, когда мем точно передает реальный культурный феномен, к которому отсылает - это скорее исключение, чем правило.

Можно, конечно, сказать, что подобная подмена смысла - это мутация. Но если так, то это _раковая_ мутация культурных феноменов, которая их убивает.

И здоровье культуры состоит не трансформации вслед за трансформацией мемов, а напротив - в регулярном очищении, зачистке мемов.

И именно этот смысл имеют периодические возрождения, эпохи классицизма и т.д. Это периоды обращения к _оригинальным текстам_ и стряхивания шелухи из мемов.

Вот и получается, что у Докинза - теория не _эволюции_ культуры, а её ракового замещения и умирания.

Про Караулову, ИГИЛ и Окна Овертона

Совершеннолетний гражданин Российской Федерации, выехав на территорию сопредельного государства, попытался незаконно пересечь его границу с целью присоединения к банде головорезов, убийц, насильников и вандалов, которая призывает в свои ряды новых членов, чтобы сделать их головорезами, убийцами, насильниками и вандалами. Логично предположить, что совершеннолетний и явно не страдающий слабоумием гражданин РФ решил присоединиться к этой банде не зачем-нибудь еще, а чтобы стать головорезом, убийцей, насильником и вандалом.

Удалась бы карьера Варвары Карауловой в качестве головореза или нет – мы можем только гадать. Возможно, её изнасиловали бы и убили за первым же камнем, возможно, сделали бы полковой семьдесят второй женой, а возможно, направили бы вербовщиком зазывать новых головорезов мужского пола. Но то, что присоединиться к игиловской демонократии (напомню, что ISIS – Исида, это древнеегипетское языческое божество, весьма странное название для мусульман) возможно, только сознательно решив принимать участие в инфернальных жестокостях, – несомненно.

А теперь вопрос: почему человека, решившего стать одним из садистов и убийц, принимают то ли как жертву, то ли как героя, то ли как звезду, но точно не как потенциального преступника, не ставшего актуальным лишь благодаря турецким пограничникам?

Благодаря очередным подвижкам в «окнах Овертона» у Зла внезапно появилось человеческое лицо напуганной «студентки-отличницы». И вот уже с этим лицом пытаются наладить диалог. И вот уже достаточно оригинальных людей вам расскажут о том, что «она свободный человек, и никто не должен осуждать её за этот выбор».

08:30, 15 июня 2015

Егор Холмогоров: Не пририсовывайте Злу милую мордашку


Егор Холмогоров: Не пририсовывайте Злу милую мордашку

Можно понять логику отца или адвокатов, которым выгодно представить Варвару Караулову бедной овечкой. Это тем легче, что ничего криминального она пока не совершила. Но зачем нам с вами играть в эту игру? Не понимаю. Подробнее…

все новости

Норильск, Соловки, Колумб и "Цивилизации" Фернандеса-Арместо

Фелипе Фернандес-Арместо. Цивилизации

c553520d92b52d61f97d2845b11b8c0c

15.06.2015 / Егор Холмогоров

Фелипе Фернандес-Арместо. Цивилизации. М.: АСТ, 2009

Английский историк испанского происхождения Фелипе Фернандес-Арместо сделал себе имя как специалист по эпохе Великих Географических Открытий, изучающий освоение Атлантики португальцами и испанцами. Его ранние монографии посвящены доколумбовому освоению Атлантики, формированию колониального общества на Канарских островах, ...

Источник: http://100knig.com/felipe-fernandes-armesto-civilizacii/



Кстати, поделюсь забавным воспоминанием. Когда мне было лет 7 и я был обычным советским ребенком — я мечтал переехать в Норильск. Нашел фотографию центральной площади в «Географическом Энциклопедическом Словаре» и воображал себе город, где на улице снег, вьюга и нестерпимый мороз, а внутри уютных домов уютно живут люди, им тепло, светло и этот свет цивилизации побеждает тьму полярной ночи. Главное в этом детском переживании было именно воображение контраста между природой и побеждающей её человеческой средой. Когда я вырос и узнал о жизни в настоящем Норильске, особенно в постсоветском, я конечно, мог только порадоваться, что моя мечта не осуществилась.

Но, тем не менее, Фернандес довольно точно уловил место этого города в структуре русской цивилизации. Именно здесь торжество русского мира над Арктикой воображалось с особой интенсивностью. И то, что Норильск стоит и развивается — говорит о том что сражение как минимум не проиграно...



..."Изображены монахи, поклоняющиеся Богоматери на острове в роскошном монастыре с заостренными куполами, золотым алтарем и башнями, подобными свечам. Великолепие этой сцены, должно быть, продукт набожного воображения, потому что в действительности остров нищий и голый; большую часть года он окружен льдами".

Пассаж о воображаемом монастыре весьма забавен, поскольку тот же профиль, что и на иконе, Соловецкий монастырь имел и в XVII веке и сегодня. Этот профиль сложился, конечно, не при преп. Зосиме и Савватии, но, всё же, достаточно рано – в середине XVI века, когда игуменом монастыря был Филипп (Колычев), позднее святитель-митрополит Московский, замученный опричниками. Так что познания Фернандеса в русской истории и впрямь довольно поверхностны и пристрастны, ему не хватает дерзости поверить в то, что русские могут на крайнем Севере строить города, монастыри, и даже выращивать дыни, как это делал Филипп.

Эта слепота тем забавней, что сам же Фернандес утверждает, что в конечном счете «внутренним океаном» человечества станет не только Индийский (первый внутренний океан в истории), не только доминирующий Атлантический, не только становящийся Тихий, но и пока-то пребывающий на окраинах Арктический:

«Остался последний океан. Последнюю фазу океанической истории можно усмотреть в пересечении Арктики подводными лодками и в воздушных перелетах по большим окружностям Земли: если глобальная цивилизация действительно возникнет, я могу представить себе, что историки будущего опишут ее формирование на новых маршрутах, как это делали их предшественники на своих «домашних» океанах. Возможно, и Северный Ледовитый океан будет рассматриваться как домашний океан всего мира. Если так, будет доказана одна из основных тем этой книги: не существует окружения, в котором не может развиваться цивилизация».

Говоря о будущем Арктического океана Фернандес не желает замечать, что для России и русских эта неблагоприятная среда уже является одомашненой, что для нас Арктический Океан уже является родным домом. Не знаю уж, позабавила бы или неприятно уколола европейскую гордость Фернандеса история о знаменитом современном путешественнике Уиле Стигере, который в 1995 отправился в трудную экспедицию к Северному Полюсу на собачьих упряжках и, преодолев многие мили, изрядно измученный, обнаружил на Полюсе русских, прилетевших, чтобы сыграть провести футбольный турнир (победила команда заводу по производству холодильников «Бирюса») и послушать концерт группы «Тайм Аут». В момент исполнения песни «Ёхан Палыч» из за торосов выехала упряжка. Это был Уил Стигер. Увидел он сотню пьяных русских, горланящих песни, хлещущих водку, играющих в футбол. Канадцу обрадовались, предложили присоединиться. В ответ услышали, что «вечно эти русские все испортят, даже полюс в проходной двор превратили…». Канадец развернулся, и пробыв на полюсе менее минуты повернул назад.


Мои твиты

Collapse )

Про цыганят ворующих мороженое, охранников с шокером и распад социума

Написал про цыганят ворующих мороженое, охранников, орудующих электрошокером, мигрантов, бездельничающих на травке, пока их малолетние дети выполняют грязную работу, на которую наняли родителей.

И вообще про распад социальных структур основанных на доверии в обществах, которые взрывает "мультикультурность".

http://portal-kultura.ru/articles/obozrevatel/102666-v-svyazi-s-utratoy-doveriya/

Порче подвергаются простые и понятные алгоритмы поведения и чувства безопасности. Ведь между всеми законопослушными людьми существует своеобразное неформальное соглашение, освобождающее их от множества лишних процедур, проверок, пересчетов и обысков. Взаимное доверие — базовое условие существования цивилизованного общества. И да, не будем лукавить, во многом подобное доверие покоится на подразумеваемой общей культуре, языке и правилах. Своим мы доверяем больше, чем приезжим. Миграционное вторжение подрывает одновременно и формальный порядок, и систему неформальных договоренностей. Разрушает ту самую систему доверия. Чужаки, выбивая себе привилегии, уничтожают наш жизненный мир и социальные практики, складывавшиеся десятилетиями.

Максимум, что может сделать государство, — научить жить «по правилам». Но знать и даже соблюдать формальные правила — недостаточно для бытия в рамках общества. Жить «по-людски» ни на каких курсах научить невозможно. Только в реальной обстановке. А для этого обществу нужна высокая степень культурной однородности.

Мы и так живем, словно на вулкане. Погожим днем я вышел прогуляться по московскому парку. Приятно поразило огромное количество детей в сопровождении мам и бабушек. И неприятно — большие группки мужчин, выходцев из Центральной Азии, которые развалились на траве, несмотря на разгар рабочего дня. Подумалось: если мы их зовем «гастарбайтерами», то, простите, почему они бездельничают? Но вскоре я увидел, как мальчик лет двенадцати в грязной футболке тащил довольно тяжелую тележку и опрастывал в нее содержимое урн. Вряд ли дирекция наняла несовершеннолетнего мигранта дворником. Скорее всего, его отец или брат отдыхают там, на газоне, пока «ишачит» юное поколение.

При такой организации труда на каждое рабочее место, занимаемое мигрантами, их приезжает с полдюжины. Чтобы один ребенок работал, а пять взрослых бездельничали. Чем же последние займут уйму свободного времени? У меня лично все настойчивее в голове крутилось жутковатое слово «ИГИЛ». В самом деле, раз студентки философского факультета готовы шагнуть в зияющую пропасть, то здесь-то вообще на что надеяться?