October 16th, 2018

Мои твиты

  • Пн, 12:14: О как... https://t.co/lBLldxeuL2
  • Пн, 12:43: Ну мы же все отлично понимаем, что тема "Аэропорт имени Летова" выброшена _только_ для того, чтобы не дать назвать… https://t.co/HY3j3ssVUt
  • Пн, 15:18: Всё-таки над всем тем, что я делаю, спускается раз за разом загадочное покрывало майи. Точно стоит какой-то неавид… https://t.co/wut3h6yQxH
  • Пн, 19:36: Краем глаза уловил в яндекс-директе слово бухаутсорсинг. Представил себе как нанимаю человека, чтобы он вместо меня… https://t.co/pmZPDjO4P1
  • Пн, 19:59: Очень хорошее и точное заявление. Заявление Священного Синода Русской Православной Церкви в связи с посягательство… https://t.co/3SQa1t6oNN
  • Пн, 22:03: Приговор вынесен. Митрополит Иларион: «Мы надеемся на то, что здравый разум восторжествует, что Константинопольск… https://t.co/dctyeAqAsm
  • Пн, 22:44: Любопытно наблюдать, какое количество разных людей со сладострастием торопятся предать свою Мать - Русскую Правосла… https://t.co/2fBMNvgRuz
  • Пн, 22:53: И ещё, если сейчас увидите комментатора, который пишет что-то вроде "все стороны церковного конфликта неправы, от в… https://t.co/C2JkNIENf1
  • Пн, 23:14: Размышления по мотивам церковного приговора. https://t.co/5SyTIPhof2 https://t.co/5SyTIPhof2
  • Пн, 23:18: О духовных и геополитических аспектах нынешней великой схизмы. https://t.co/KuPeeIrtln
Collapse )

Искушение "православным туризмом"

Написал небольшой памфлет против "православного туризма" - духовной болезни, которая, как показала сегодняшняя реакция на разрыв общения с Фанаром, оказалась не такой уж и невинной.

https://360tv.ru/news/tekst/krizis-pravoslavnogo-turizma-16102018/

На наших глазах глобальный мир конца ХХ века разваливается. Трещит по швам Американская империя, трещит международная свободная торговля, страны мира выстраиваются в причудливые коалиции — и ничего удивительного в том, что это отразилось и на церковных делах. Константинопольский патриархат взялся обслуживать политические интересы США на Украине и поставил эту карманную геополитику выше правды, которая в случае с «патриархом Филаретом» Денисенко всем очевидна, на что последовал жесткий, но единственно возможный ответ.

Люди, которые ноют, что из-за разрыва в общении им где-то за границей будет невозможно причаститься (причем причащаться на самом деле они нигде не собирались), выглядят еще более нелепо, чем те, кто оплакивал хамон и Шенген. Ставить туризм выше церкви — зачем тогда вообще считать себя православным?

К сожалению, в последние десятилетия у нас на волне общего благополучия мода на «духовный туризм» чрезвычайно развилась. Образовался целый слой праздношатаев, катающихся от одной заграничной святыни к другой и едва ли не воображающих, что чем больше миль, тем сильнее благодать.

В православном христианстве нет и не может быть заповеди Хаджа, которая играет такую большую роль в исламе. Никакой особой святостью тот, кто побывал при Гробе Господнем в Иерусалиме, не исполняется. Некоторые святые отцы даже осуждали тех, кто рвется посетить Святую землю, так как эти люди, по их мнению, подменяли Иерусалим горний Иерусалимом земным.

Духовное значение паломничествам, которые любили в былые времена русские люди, придавал труд, требующийся для их совершения. Пройти много километров своими ногами, недоедать, терпеть лишения и неудобства ради благочестивой цели — именно в этом состоял подвиг. Когда избалованная Екатерина II решила пешком дойти из Москвы до Троице-Сергиевой Лавры, то она изобрела такой способ совместить комфорт с трудом благочестия: она проходила пешком, сколько хватало сил, потом карета увозила ее на ночь в Москву, а утром доставляла к тому самому месту, на котором царица остановилась, — хитроумно, но монархиня знала, что и народ, и Бог оценят только «труд ножками», а не езду в роскошных экипажах.

А вот прилететь на суперджете, поселиться в пятизвездочном отеле, чтобы сделать селфи у той или иной заграничной святыни, — в этом нет абсолютно никакого духовного подвига. Есть любовь ко всему заграничному, которое априорно мыслится как «высшее сортом», и презрение к своему, отечеству и своим святыням, добраться до которых порой, как до тех же Соловков, требуется куда больше труда и подвига.

К сожалению, «туристическое православие» — такой же формат импорта, как и некогда любимые нашей заграничной интеллигенцией «банки темного стекла из-под импортного пива». Ценность тому или иному объекту придает не то, что он православный, а то, что он заграничный.

Между тем именно Россия в современном мире является самым плотным средоточием подлинных православных святынь. Одна лишь Москва окружена Троице-Сергиевым, Саввино-Сторожевским, Иосифо-Волоколамским, Пафнутие-Боровским и Новоиерусалимским монастырями, двинься на восток — попадешь к батюшке Серафиму в Дивееве, двинься на север — в Кириллово-Белозерск и на Соловки, двинься на запад — на Псково-Печеры и Валаам, на юг — попадешь в Оптину пустынь, а недавно, до майданного беснования, можно было добраться в Киево-Печерский монастырь и Почаевскую лавру, которые грозятся захватить патронируемые из Стамбула раскольники. А сколько обителей менее известных, но прекрасных святынями, теплых молитвами братии и сестричества, поэтичных расположением?!

Разрыв с Константинополем не сделает нас менее православными. Главное что имею сказать по Фанару.

И главный программный мой текст по фанарской проблеме. О том, что нам не нужно бояться "изоляции", так как от Святой Вселенской Церкви нас никто изолировать не может. Репост приветствуется.

https://vz.ru/opinions/2018/10/16/946285.html

Если Москва станет центром собирания всех здоровых, подлинно православных сил в современном мире, то никакое даже относительное «одиночество» нам не грозит.

Вселенская Церковь – это не сообщество церковных бюрократов, да и среди последних те, кто действительно православный, кто неложно верит в Бога, будут на нашей стороне.

Главное нам самим быть как можно решительней и защищать именно Православие. А принцип этого Православия простой: «один человек + Бог = Большинство».

В VII веке вся Византия, включая императора, провалилась в пропасть ереси монофелитства, которую измыслил Константинопольский патриарх. И только один монах, величайший богослов своего времени, преподобный Максим Исповедник, оказывал этой ереси сопротивление словом и делом.

Сперва его поддерживал римский папа Мартин (папы тогда были православными), потом папу свергли, тоже заменив еретиком, и во всей вселенной на защите Православия остался один монах – он даже не был священником.

Максима пытали, его обвиняли в том, что он изменил Византийской империи и стал «нацпредателем», ему отрубили руку, говоря, что «все епископы уже причастились с Константинопольским патриархом», на что исповедник ответил: «Даже если вся вселенная причастится – я один с еретиком не причащусь», в гневе ему урезали язык и отправили в ссылку на Кавказ, где он и умер.

Прошло совсем немного лет и вся вселенная вернулась к исповеданию Православия, анафематствовала всех Константинопольских патриархов-еретиков и прославила преподобного Максима как святого учителя Церкви. Вот до каких пределов может доходить стояние за православную истину.

Православие это именно Истина, а не культурное направление и культурный стиль. Это не модная тусовка людей в чёрном, а защита Дела Божия на земле и присутствия Христа через Его Церковь. И в сегодняшнем мире это присутствие являет, при всех немощах и грехах наших, именно Русская Православная Церковь.
И у нас есть много наносного и дурного, как и всегда в земной жизни, но есть и дух, закаленный эпохой мученичеств и гонений. Есть искренняя вера, которой нет ни у раскольника и похабника Денисенко, ни у его новых покровителей фанариотов.

Последние были православные только по форме и эта формальная принадлежность, необходимость церковно общаться с ними, заслуживать их мнение, лишь отравляла Колодец Иаковлев вселенского Православия. Теперь промыслительно произошло очищение, мы не должны церемониться с их мнениями и интригами.

Русской ли Церкви с её миллионами верующих во всём мире бояться «изоляции» и считать мерой вселенскости позиции зарубежных церковных бюрократов? Русской ли Церкви, объединяющей сыновей множества народов, включающей в себя целые этносы самых разных языковых и культурных групп, опасаться превратиться в «этническую церковь одного народа»?

Если представить себе крайний вариант, то Русской Церкви нет проблемы восстановить всю Вселенскую Церковь из самой себя – для этого нет никаких канонических и догматических препятствий. Но до этого, конечно, не дойдет, поскольку стоит нам заговорить на языке истинного Православия, защищать святоотеческую традицию против лукавства «века сего» и вывертов «натовского кривославия», и к нам обратятся люди с любого уголка планеты, да и приверженцы истины среди православных патриархов, епископов и священников в других православных церквях станут тверже и не пойдут на уступки Фанару.