Eгор Холмогоров (holmogor) wrote,
Eгор Холмогоров
holmogor

После-егомены...

Комментарии показали, что всяккую новаторскую систему с ее пролегменами (то есть попыткой объяснить для чайников) встречает одна и та же судьба - трагическое непонимание. "Пора уже было привыкнуть, но ты не привык до сих пор" ( ;-)) ).

Комментировали в основном ту часть, которая менее всего важна и которую я исходно думал и не включать.

Безусловно - эллинская философия высокополитична. Был бы дурак тот, кто скажет иначе. Но предмет и фокус размышлений, мерило всех вещей - космос. Платон не написал книги, в которой царство идей устроено как полис, а написал книгу обратную, что говорит о том, на чем было центрировано рассуждение (хотя совпадение трех огрызков неоплатонического первоначала и трех классов латоновского общества поразительно).
Для грека полис безусловно очень важен, но рождается грек не в полисе, а в космосе и потом пытается, как ЕГОр верно отметил, структурировать полис по космическим принципам.
Русская философия же возможна только как философия человека, рожденного в полисе. Никакого космоса для нас просто нет. Мне например еще докажите, что есть какая-то обратная сторона луны, что у земли есть ядро и что существует какое-то первоначало термодинамики. Даже жара мною рассматривается через призму отсутствия денег на кондиционер. Даже русский крестьянин, существо вполне природное, интересен тем, что ему это природное совершенно неинтересно, он им тяготится. Когда Глеб Успенский писал "Власть земли", он чушь писал - нет ничего более призрачного, чем власть земли над крестянином (она проявляется только в форме власти голода) - крестьянин уходит от нее во внешнюю политику, в церковь, на худой конец - в запой. Но дело даже не в этом. Я не утверждаю, что русский есть политик от рождения. Он должен быть таковым. Политическая философия, отмечу еще раз, возможна только как политический проект, для своего осуществления она должна быть измыслена (а частью измышления безусловно является и измышление родословной).
Славянофилы. Для них первореальность - не полис, как etat, но и не земля, не хора. Это страна - то есть нечто политическое с приплюсованностью этнического. Другое дело, что в те времена было принято понимать политическое как этническое прежде всего. Интерес же их, кстати, состоит в том, что вот уж кто - а Славянофилы явили собой идеал общинности - по крайней мере сформулировать доктрину славянофильства куда проще, чем доктрину конкретного славянофила. Идеи рождались в межпространстве и подвергались переделу.

Тошику.
Эллинов я аполитичными не называл. От политической философии так же как от онтологической можно прочертить прмую ниточку к эллинам и пытаться притязать на их наследство. Но все же следует заметить, что эллины более космоцентричны или (вариант) последующая европейская ретроспектива историкофилософская выстраивает эллинскую философию вокруг онтологии. Возможно ее можно перестроить, выведя на первый план именно политический момент. Киники занимались прежде всего человеком и превращением его в аполитичное животное. А вот стоики - именно космосом. Это только римский стоицизм перешел на морализм - Зенон Стоик учил именно о космосе.

>Много ли ты можешь назвать в XIX - XX веке тех, для кого "предметом философии является космос" ? (интересно, как оценить "собственно "философские" достижения" Сартра, скажем ?)

Делов том, что космос быстро приводит к онтологической и классической гносеологической проблематике. Грубо говоря - он исходный пункт размышлений, над которым надстраивают и под который подкапывают объяснительные конструкции, имеющие самостоятельное значение. Первенство именно онтологии и гносеологии объясняется именно космоцентрированностью первого взгляда на вещи. Другой первыый взгляд однозначно вывел бы вперед этику и политику, отчасти эстетику.
А ксомосом в 19-20 занималась вся, например, соловьевская школа, - наиболее жирная из русских философских радиций, фактически монополизировавшая историческое право на русскую философию.

Насчет Выготского. Это было приспособление только отчасти. Вся эта кампания была по своему искренними марксистами и взяли они из классиков не только историзм, но и.
1. Социокультурную обусловленность психики, идею интерпсихического лишь в процесе социальной практики и общения превращающегося в интрапсихическое.
2. Инструментальную теорию. Не будь энгельсовской обезьяны с орудием труда, превратившейся в человека, они бы никогда правильно не освоили роль орудия и пошли бы ложным путем гештальтиста Келера, с которым так полемизировали.

3. Наконец главное - соцзаказ. Не будь у людей задания создать самостоятельную марксистскую психологию, то урия бы остался психоаналитиком, а Выготский сосредоточился бы исключительно на проблеме мышления и речи или того хуже - на эстетике. То есть было бы интересно, но не было бы центрального пункта конструкции.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment