Eгор Холмогоров (holmogor) wrote,
Eгор Холмогоров
holmogor

Параллели... Об истреблении послов.

Сенат поступил так оттого, что опасался цветущих сил Деметрия и для римского государства находил более выгодными детский возраст и бессилие отрока, наследовавшего царство. Что таковы были расчеты сената, подтверждается нижеследующими событиями.  Немедленно он выбрал послами Гнея Октавия, Спурия Лукреция и Луция Аврелия и поручил им устроить Сирийское царство согласно его указаниям; ибо, говорили сенаторы, там нет никого, кто мог бы воспротивиться их распоряжениям: царь — еще отрок , а стоящие у кормила правления люди рады, что царство не передано Деметрию; они были уверены, что римляне передадут царство ему. Посольству Гнея и товарищей, отправлявшемуся в путь, приказано было прежде всего предать огню палубные суда, потом перерезать жилы слонам и вообще всеми способами расстраивать силы царства.

...В это время пришла весть о несчастии с Гнеем, о том, что он убит; явились и послы от царя Антиоха, которых отправил Лисий, и в пространных речах доказывали, что царские друзья не принимали в этом злодеянии никакого участия. Сенат предложил послам удалиться, не желая давать им какое бы то ни было заключение по сему делу и вообще высказывать свое мнение.

...Прибыли в Рим послы и от царя Деметрия с Менохаресом во главе: они принесли с собою венок в десять тысяч золотых и доставили человека, который наложил руку на Гнея. Долгое время сенат не знал, как ему поступить, наконец принял и послов, и венок; он отказался принять только доставленных ему людей, провожатых убийцы. Дело в том, что Деметрий прислал в Рим не только Лептина, убийцу Гнея, но и Исократа. Сей последний был ученый из числа лиц, занимающихся обучением других. Болтливый до отвращения, надменный хвастун, он был ненавистен самим эллинам, как видно из язвительных, обидных насмешек, каким подвергает его Алкей 13 в своих «Параллелях». По прибытии в Сирию он пренебрежительно обращался с окружающими и не довольствовался в своих беседах собственными предметами обучения, но вторгался и в дела общественные. Так, он утверждал, что Гней претерпел по заслугам, что необходимо извести со света и всех прочих послов, дабы некому было уведомлять римлян о случившемся: тогда римляне перестали бы предъявлять наглые требования и непомерные притязания. Такого рода возмутительные речи и накликали на него беду. По отношению к упомянутым выше двум людям достойно внимания следующее: Лептин тотчас по умерщвлении Гнея показывался повсюду в Лаодикее и доказывал, что поступил правильно, что подвиг свой совершил с соизволения богов. Когда царство перешло к Деметрию, он пришел к новому царю, советовал не бояться последствий насильственной смерти Гнея и не наказывать вовсе лаодикеян, сам желал идти в Рим и доказать сенату, что действовал с помощью богов; действительно, его наконец доставили в Рим без цепей и охраны: с такою охотою и решимостью он шел туда сам. Исократ, напротив, совсем обезумел, когда против него возбуждено было обвинение, а когда надели ему ошейник и наложили кандалы, лишь изредка принимал пищу и оставил всякий уход за собою. Вот почему по прибытии в Рим он представлял из себя изумительное зрелище. Довольно было взглянуть на него, чтобы согласиться, что в телесном и душевном отношении нет ничего отвратительнее человека, раз только он одичает. Действительно, он приобрел наружность необыкновенно отвратительную и звероподобную оттого, что больше года не мылся, не стриг себе волос и ногтей; что касается его рассудка, то выражение глаз и все его движения придавали ему такой вид, что всякий охотнее подошел бы к какому угодно зверю, только не к нему. Зато Лептин оставался неизменно верен первоначальному настроению и жаждал явиться перед сенатом; в разговоре с каждым встречным он оправдывал свой поступок и предсказывал, что римляне не сделают с ним ничего дурного. Надежда его оправдалась. Сенат, как мне кажется, понимал, что получение виновных в свои руки и наказание их будут сочтены народом за достаточное возмездие за убийство, посему и не принял этих людей, тем самым оставляя вину не отмщенной, дабы иметь право во всякое время потребовать возмездия.

Полибий. Всеобщая история. Кн. 31-32
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments