Eгор Холмогоров (holmogor) wrote,
Eгор Холмогоров
holmogor

Categories:

Реконкиста, или кое-что о ленивых королях

Одна из вещей которые меня страшно раздражают во всем элитаристском дискурсе - от Леонтьева и Ортеги-и-Гассета до Никиша (которого сейчас читаю) или некоторых православных деятелей - это их страшное раздражение против среднего человека и того что ему не так плохо живется как раньше.

Трудно передать то с какой обидой пишет Никиш: вот раньше люди ходили в оперу, а теперь хочешь - ставишь Фауста у себя на кухне, хочешь - не ставишь. Вот раньше объехать мир могли только аристократы, а теперь любой клерк за пару отпускных сезонов видел больше, чем Чайлд Гарольд за всю жизнь.

Наконец даже такое раздражение - раньше германский император Вильгельм 1 дважды в неделю одалживал ванну у отеля Адлон, чтобы помыться, а теперь ванная есть у любого рабочего.

То, что было привилегией немногих теперь принадлежит массе. И людей с аристократической амбицией это раздражает.

Их можно понять. Аристократ еще недавнего прошлого, получая высочайшие жизненные и культурные бонусы старался их преобразовывать в творческий импульс, быть этаким Байроном. Писал стихи, жалел рабочих и ехал освобождать греков. А современный клерк получая навалом те же бонусы и культурные возможности - бездарен, туп, сер, неспособен ни на политический, ни на творческий порыв. Данный ему творческий импульс дальше им не передается.

Отсюда иной раз у реакционеров появляются вздохи о том, что неплохо бы этих неблагодарных жлобов раскулачить, сделать их жизнь похуже, чтобы вкус к жизни был поострее и более способствовал творчеству.

О нечестивости подобных мыслей для христиан я уже писал в статье "Комфорт и благочестие".

А вот со светской точки зрения подобный дискурс аристократов или псевдоаристократов есть признание в собственной лени, в потребительском характере своего мировидения, мерящего социальный ранг количеством консуммированных благ.

Аристократ претендует на то, чтобы осуществлять и проявлять свое более высокое человеческое качество. Раньше он мог для этого пойти в оперу и послушать арию Ифигении. Теперь пара щелчков в айтюнс, 69 рублей, и опера Глюка в айфоне даже у такого мужлана как я.

Какой вывод отсюда делает истинный аристократ по духу? Аристократ, встретившись с профанацией, изобретает другой более изощренный способ проявить свое качество. Например, - назло хомячкам из Жан Жака слушает Рамо. Или покупает клавесин и играет Скарлатти. Или пишет свою музыку в состязание с ними.

Другими словами, аристократическая натура создает нечто более возвышенное и не профанированное, хотя тем самым, конечно, бросает вызов массовому обществу, побуждая его завоевать новую территорию для профанации.

Что делает вместо этого аристократическая лень? Она желает остаться на прежнем уровне культурного творчества и культурного потребления. Но только ограничить к нему вход рядовых сограждан. Любые культурные множители, механизмы мультипликации культуры, представляются аристократической лени злом именно потому, что она ощущает свое самозванчество. Понимает, что её разница с чернью - не в особой творческой способности, а в обладании неким псевдо-эзотерическим культурным капиталом и утрата монополии на него означает для неё нисхождение в ничтожество. Никакой пощады к подобной ленивой аристократии конечно быть не может.

И это не говоря уж о том, что даже в пассивном пользовании благами культуры носитель аристократического духа отличается от массового человека. Отличается тем, что только он-то и умеет ими пользоваться, то есть употреблять на пользу. Там, где профан видит какую-то группу камней, предназначенную для фотографирования донецких туристок, он видит священный омфалос Дельф, там где профан видит столбы, он видит ордер. Жаловаться же на то, что другие видят то же что и ты, но не разумеют и на этом основании требовать завязать им глаза - как-то странно. Иное дело если они стремятся разрушить то что ты видишь... Но это предмет совсем другого разговора.

В нынешнем обществе обладателям высших духовных и творческих способностей путь к их применению практически перекрыт торговцами клоаки. Хочешь сказать ты новое слово в искусстве, а на пути у тебя стоят Гельман с гельманятами или Бондаренко с бондарятами. Гельманята тебя актуализуют (то есть кидают в тебя какашки и заванивают воздух), а паханы подробно перечисляют как и в какие дыры ты еще должен актуализоваться, чтобы тебе дали потворить. Понятно, что творчеством это не является и если и служит раскрытию качества, то лишь худшего.

Мало того, торговцы клоаки стремятся еще и ограничить доступ к подлинному. Их грязные поделки то и дело нарушают перспективу архитектурных шедевров, вторгаются в залы классической скульптуры и живописи. Антикультура не терпит рядом с собой истинной культуры. Равно как и грязь не терпит рядом с собой чистоты, откуда навязываемая мода на татуировки, пирсинг и другую мерзость (хорошо хоть мода хиппи не мыться кажется отошла в прошлое), по сути упраздняющую многие достижения гигиены.

Но задача человека высшего призвания и в этом случае очевидна. Уничтожить, сокрушить господство торговцев клоаки в мире творчества. Совершить прорыв, который оставит их за бортом, разметать бесов с бесенятами по сторонам дороги культуры.

Реконкиста. Именно такова задача истинной аристократии духа.

Жалобы же на массовый доступ к культуре - удел ленивых королей.

Надо ли напоминать, что часть Европы попала под власть мавров именно в эпоху ленивых королей?

Потому-то и понадобилась Реконкиста.

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 8 comments