Eгор Холмогоров (holmogor) wrote,
Eгор Холмогоров
holmogor

Categories:

100 книг (137-145)

100 книг (1-25)
100 книг (26-50)
100 книг (51-64)
100 книг (65-75)

100 книг (76-85)
100 книг (86-95)

100 книг (96-100)
100 книг (101-110)
100 книг (111-120)
100 книг (121-128)
100 книг (129-136)


137. Ксенофонт. Анабасис

Самая увлекательная книга во всей древнегреческой литературе. Это история 10 тысяч греческих наемников вслед за персидским принцем Киром Младшим пошедших отнимать для него престол Царя Царей. Кир считался эллинофилом и сыграл большую роль в победе Спарты над Афинами в Пелопонесской войне. Соответственно видную роль в войске играли лакедемоняне и афинские лаконофилы такие как ученик Сократа Ксенофонт. Ему не было уютно в демократических Афинах и он охотно вписался в эту историю, даже обманув Сократа. Тот велел ему спросить Дельфийского оракула идти ли в поход, а Ксенофонт вместо этого спросил оракула: как избегнуть опасностей в походе. После прекрасного начала всё едва не закончилось для греков плохо. Кир увлекся обычным у персов конным сражением и погиб в битве с братом, хотя греческая пехота побеждала. После смерти вождя грекам пришлось с многими трудностями и приключениями отступать на север через Междуречье, Армению и Малую Азию. Персы обманом убили их предводителей, на греков со всех сторон нападали горцы, но благодаря уникальной способности греков к военно-политичесеой самоорганизации они не потеряли управляемость, большая часть успешно пробилась к морю и смогла вернуться. Описано это всё Ксенофонтом невероятно вкусно и живо - с диалогами, боевками, географическими и этнографическими подробностями. Книга эта будила воображение греков - небольшое войско-фаланга может как нож в масло пройти половину Азии. Что же может сделать организованная целеустремленная армия с выдающимся вождем! Тем самым поход Александра был почти предрешен "Анабасисом". На мой взгляд, это одна из тех книг которые заслуживают хорошей экранизации (и она действительно предполагалась, но, видимо, по случаю кризиса планы издохли).Там некоторые эпизоды очень кинематографичны. Например переход через снега Армении, столкновения с горцами.  Ксенофонт, впрочем, в целом увлекательный Писатель. Его "Воспоминания о Сократе" позволяют представить Сократа и афинскую жизнь той эпохи очень живо. Сочиняя свои сократические диалоги я вдохновлялся более Ксенофонтом нежели Платоном. Он так же автор прекрасного политико-воспитательного романа "Киропедия" и продолжения Истории Фукидида доведенного аж до гибели Эпаминонда Фиванского. Как историк Ксенофонт очень пристрастно влюблен в спартанцев - он был афинским эмигрантом в Лаконике, получившим от Спарты поместье и другом спартнского царя Агесилая. Тем не менее, его история главный источник по концу Пелопонесской Войны и затем всей первой половине IV века в истории Эллады. Еще ранее Ксенофонту приписывался памфлет "Государственное устройство афинян" один из первых образцов геополитического и геоэкономического анализа. От имени афинского аристократа там весьма язвительно изложены преимущества афинского строя. Разумеется Ксенофонт не мог написать этот трактат - он относился к афинскому строю отрицательно и позитивных сторон не видел. А "Псевдоксенофонтова полития", скорее всего, демократический памфлет. Причем весьма радикальный - почти в духе Клеона. То что трактат от имени аристократа - это такая провокативная софистическая литературная форма. 



138. Юстин. Эпитома "Истории после Филиппа" Помпея Трога
 
Реферат реферата оказавший огромное влияние на мировую философию истории. Помпей Трог был образованным галлом, решившим написать на латыни нечто масштабное историческое и довольно антиримское. Для этого он нашел греческую книгу с оригинальной исторической концепцией и переписал ее на латынь. Получилась очень антиримски и антиимперски заточенная история эпохи Эллинизма. Позднее Юстин сократил Трога оставив в основном интриги и преступления. Реферат Юстина тоже сохранился не полностью кроме оглавления. Однако его воздействие было огромным поскольку концепция смены 4х царств удачно наложилась на библейские пророчества книги Даниила и теория Трога о смене ассирийского, мидийского, персидского и македонского владычеств либо в такой форме, либо в форме Ассирия-Персия-Македония-Рим пережила тысячелетия. При этом настрой Трога резко антиимперский. Он одобряет то время когда каждый народ жил своей жизнью и сражался ради славы. Ассириец Нин стал первый воевать ради власти и сколотил imperium - державу. Эта имперская власть стала переходить от захватчика к захватчику, уничтожая и развращая народы. Кстати согласно Трогу самый антиимперский и свободолюбивый народ это скифы. Стремление к власти по Трогу - это порок и корень преступлений. Трог не жалеет красок для описания преступлений эллинистических правителей, начиная с Филиппа Македонского. Такого собрания самых грязных и мрачных сплетен о Филиппе, Александре или Митридате Евпаторе я не встречал нигде. Некоторые истории совсем инфернальные - вроде того как Дионисий Младший сицилийский десятилетиями притворялся маразматиком и придурком, чтобы вернуть себе власть. Это очень интересная и неожиданно глубокая книга. Она сохранила голос разнообразного живого и увлекательного эллинистического мира многообразие которого было раскатано в лепешку Римским паровым катком. Меня Трог вместе с Ростовцевым побудили переоценить римское наследие. А описание ужасов и зверств той эпохи Трогом навело меня на мысли об отношении человека к своей жизни в архаику и сегодня.

139. Тит Ливий. История от основания Города

Современные авторы зачастую придерживаются точки зрения Калигулы велевшего изъять Ливия из библиотек на том основании что он многословен и неточен. На мой взгляд это бред. Ливий наш единственный источник по внутренней политике ранней римской республики. Он уделяет огромное место борьбе классов и сословий, борьбе за власть. Он придает уникально большое значение агиополитике - то есть увязке в сознании римлян религиозного и военно-политического начала. Часто говорят, что Ливий пишет историю раннего Рима как героический эпос. Это неверно. Легенды существовали и до и после него, напротив, Ливий дает ключи и обширную фактуру, чтобы эти легенды критически взвесить. Вот Цинциннат. Общее место римского мифа. Все знают и повторяют легенду о том, как он пахал землю сам, к нему пришли с вестью о назначении диктатором, он отложил плуг, надел тогу, победил врагов и вернулся к пашне. Цинциннату ставят памятники, в США назвали город в его честь - он образец простоты и неподкупности. И только у Ливия мы узнаем, что Цинциннат был очень богат. Его сын был лидером шайки патрицианской молодежи избивавшей плебеев. Сына привлекли к суду, он бежал, отец вынужден был выплатить громадный штраф и именно поэтому вынужден был пахать землю сам. Назначение Цинцинната диктатором тоже было не так однозначно - он использовал власть не только для победы над врагами но и чтобы казнить народного вожака Спурия Меллия, а также чтобы отомстить тем, кто осудил его сына. Цинциннат был вождем патрицианской олигархии в борьбе против народа, в борьбе против хлебных законов в пользу беднейших. Подробнее о Цинциннате. Все это можно понять только у Ливия, что оценил Маккиавелли в своем"Рассуждении на первую декаду". Во второй и третьей декадах Ливий дает не меньше восхитительной фактуры по внутренней политике Рима. Существует миф о полной зависимости Ливия от Полибия в описании войн Ганнибала. Я специально сравнивал двух авторов - Ливий гораздо подробней. Причем в отличие от Полибия он пишет не только о военных событиях но и о борьбе в сенате и на комициях. Говоря о битве при Каннах он дает решающую деталь, которой пренебрегает Полибий. В лицо римлянам дул и слепил глаза пылью волтурн Это самый неприятный средиземноморский ветер - сирокко - приходящий из ливийской пустыни. Он иссушает и сводит с ума. Без этой детали Канны вообще непонятны и начинаются фантазии про великую стратегию Ганнибала. Я подробней писал об этом тут.  Короче при интересе к Риму Тита Ливия надо штудировать тщательнейше. Кстати и вставные речи у него неплохие - они умные и яркие.

140. Иосиф Флавий. Иудейская война

Изумительный человеческий и исторический документ. Иосиф был крупным иудейским интеллектуалом-фарисеем, активным участником иудейского восстания против римлян и изменником переметнувшимся на сторону римлян. При написании своей книги у него была чрезвычайно сложная задача - с одной стороны прославить свои подвиги в Галилее как лидера мятежников, с другой - оправдать свою измену, с третьей - обозначить, что римляне не виноваты перед евреями, а евреи получили то, что сами заслужили за свое безумие. Но, при этом, сделать это так, чтобы в глазах евреев остаться не падлой, а мудрецом и историком. Самое смешное, что Иосифу бен-Маттьяху прозванному Флавием, так как он находился под личным покровительством императору Веспасиана Флавия, которому предсказал царскую власть, невозможная задача оказалась по плечу. Иудейская война читается как детектив. Начинается она с длинной истории о личной трагедии царя Ирода, которого перессорили с его сыном и наследником Александром, а потом ему пришлось казнить оклеветавшего Александра сына Антипатра. Хотя Иосиф Ироду симпатизирует, но в итоге рисует образ упыря для которого приказ об избиении младенцев был совершенно в его духе. Потом через дальнейшее накаление обстановки, в ходе которого лидерство переходит к крайним экстремистам и разбойникам, дело доходит до самого мятежа и войны. Самые потрясающие страницы у Иосифа, на мой взгляд, это осада Иотапаты, обороной которой он руководил. Я когда читал - подумал, что мы, современные люди как правило ничего не знаем о войне потому что не видели осад. Всю правду о войне, и то смягчаемую авиацией и "Дорогой Жизни" знают только блокадники. Иосиф кстати очень тонко умеет польстить и римлянам и евреям, чего стоит фраза "римляне проявили свою обычную силу духа, а евреи привычную им изобретательность". Изобретательность проявил и Иосиф чтобы спасти себе жизнь. Он был осажден римлянами в пещере. Они уговаривали его сдаться. Но соседи по пещере его не отпускали и угрожали убить. Тогда он придумал бросать жребий чтобы убивать друг друга и, в итоге, перебил всех, оставшись вдвоем с еще одним человеком которого и уговорил вместе сдаться. Речь Иосифа против самоубийства это выдающийся памятник казуистики... С тех пор Иосиф смотрит на события, в частности на осаду Иерусалима со стороны римлян,  но и происходящее у евреев ему отлично известно. А там начинает работать машина самоуничтожения - контроль за ситуацией все Больше переходит к крайним фанатикам и садистам которым терять нечего, и они уничтожают других потому что самим пропадать. Вообще сейчас книгу с таким обнажением темных глубин еврейской души точно назвали бы антисемитской Но статус классики ее спасает. Падение Иерусалима - жуткая картина, особенно для тех кто помнит евангельское пророчество.

141. Аппиан. Римские войны

Самое знаменитое произведение Аппиана - "Гражданские войны", но не меньшего внимания заслуживают и "Митридатовы войны" и "Ливийская книга", посвященная подлому добиванию Карфагена в третьей пунической войне. Меня оттуда совершенно потрясла история как римляне велели карфагенянам выдать все оружие и те согласились, а после этого услышали приказ покинуть обреченный на разрушение город. "Враги сами везли врагам свое оружие...". Я теперь всегда вспоминаю эту фразу когда читаю призывы к "разоружению". Да и вообще: Даже если мы считаем себя Третьим Римом не забудем что для врагов мы Карфаген который delendam esse. Книгу Аппиана о гражданских войнах очень ценил Маркс, якобы за материализм. Но я думаю он врал - ему просто нравилось её читать. В этом я похож на Маркса. Только мне нравится у Аппиана как раз посыл, что человек хозяин и своей судьбы и случая и потому нельзя сдаваться. Один из самых сильных моментов у Аппиана - это описание октавиано-антониевских проскрипций. Кто спасся, кто погиб, кого предали Во время проскрипций "Наивысшую преданность проявили жены. Среднюю вольноотпущенники. Некоторую - рабы. Никакую - сыновья". Эти случаи - готовые сюжеты для сотни шекспировских трагедий. Одного жена нарядила угольщиком, опознал воин, но отпустил; другого спрятал сын, сжегши во дворе труп раба как труп повесившегося отца, чтобы не быть узнанным этот человек 5 лет носил повязку на глазе, а когда ее оказалось что глаз от бездействия ослеп. Одного жена спасла переспав с Антонием. А может не одного. Не менее патетичны там и иные из боевых сцен. Меня больше всего потрясла история схватки двух преторианских когорт во время битвы Битвы при Мутине. Лучшие из лучших воины Гая Цезаря и Антония рубились друг с другом среди болот молча, без криков, насмерть, пока сражавшийся на стороне Гая Цезаря Марсов легион не был изрублен полностью. Аппиан меня навел на мысли о том как много мы потеряли с социологизацией истории

142. Евсевий Кесарийский. Церковная история

Книга с которой началась христианская историография. Хотя спорно, наверное, все-таки, первое произведение христианской историографии - "Деяния Апостолов". Евсевий был близок к Константину Великому и написал его биографию, оказался создателем типажа придворного епископа, его роль в арианских спорах была мутной. С одной стороны именно он предложил Никейский символ веры, с другой - интриговал против свт. Афанасия Великого и выступал за компромисс с арианами (к слову - если у какого-то автора прочтете, что спор православных и ариан шел из-за одной буквы i - сразу списывайте автора как некомпетентного. Православные учили что Сын омоусиус - единосущен Отцу. А вот что Сын омойусиус говорили не ариане, а менее решительные православные. Ариане же в лучшем случае соглашались что Сын подобен Отцу, а в худшем что неподобен. То есть если кто пишет об "одной букве" - это сигнал некомпетентности). При всех личных недостатках, Евсевий прекрасный историк. Он работал в период примирения Церкви и империи которое создаст Византию. А описывал времена жесточайших гонений на христиан и эти два факта он уложил в целостную концепцию. Гонителем Церкви была не Империя как таковая, а императоры-тираны, недостойные власти и по языческим меркам. Дело это было противозаконное и хорошие императоры так не поступали. В этой концепции конечно есть дыры - "хороший" император Траян писал Плинию Младшему чтобы тот пытал христиан за одно имя Христово, Марк Аврелий развернул жестокие гонения. Но в целом Евсевий более прав чем историки пошедшие по стопам Гиббона, утверждавшего, что христианство было для Империи разрушительным злом, а потому, якобы, христиан гнали как раз хорошие императоры, а плохие терпели. Прав тут Евсевий. Причем из его данных вычитывается важное уточнение о социальной природе Христианства. Абсолютный миф что это была религия угнетенных, рабов и социальных маргиналов. Напротив, это была в значительной степени религия городского среднего класса - куриалов, владельцев вилл, интеллигенции и сенаторов. Наиболее жестокие гонения развернулись тогда, когда начался кризис III века/ Преследования христиан были составной частью той войны которую императоры-солдафоны повели против городов и среднего класса. Евсевий отмечает факт, который игнорируют нынешние историки - огромную роль всевозможных магов и колдунов в подстрекательстве гонений. По сути это была мистическая гражданская война в Империи в которой Христиане победили, хотя никого не убивали, а убивали их. Другой христианский историк Лактанций сформулировал концепцию"Смерти гонителей": императоры, гнавшие христиан, правили несчастливо, навлекали беды на народ и умирали страшной смертью. Моя статья, где я более развернуто высказался про Евсевия и эпоху гонений: http://www.rus-obr.ru/idea/3397


143. Михаил Пселл. Хронография

Все хорошо знают миф о растленной, развратной, интриганской и коварной Византии, где гетеры борются за власть с евнухами... Этот миф - неправда чуть более чем полностью. Однако имеет некоторые основания - книгу Михаила Пселла. Ее автор был знаменитым но совершенно пустопорожним византийским интеллектуалом - ритором, неинтересным философом-платоником и придворным интриганом В качестве последнего он и написал исторический труд, которому мог бы дать подзаголовок: "Как мы разваливали Византию". Пселл описывает весьма упадочный период, наступивший после смерти Василия II Болгаробойцы. Правили его пожилые племянницы Зоя и Феодора, из которых глуповатая Зоя выбирала себе мужей, которые оказывались один хуже другого. Хотя при одном из них - Константине Мономахе Пселл сделал порядочную карьеру. Вот этот вот придворный затхлый мирок Пселл и описывает, стараясь еще и сгустить краски. Ни жизни города, ни войн у него нет, то, как постепенно империя приходит в упадок, угасают её военные силы, у Пселла остается за кадром. Когда на престол восходит в результате военного переворота Исаак Комнин - представитель военной партии, враждебной бюрократам представителем которых был Пселл, через несколько лет его уговорили отречься и уйти в монастырь. Красноречивый Пселл был главноуговаривающим. В опасный момент Византию лишили энергичного императора-полководца и в результате в 1071 году при Манцикерте ромеев разбили турки-сельджуки, захватившие затем Малую Азию. После этого Византия уже не жила, а доживала. Пселл эту битву, проигранную в частности из-за предательства семейства Дук, захватившего затем власть описывает так, как будто сам в сложившейся ситуации не виноват никак. Писатель Пселл, впрочем, отменный - мастер деталей, ситуаций и характеристик, поэтому влияние его книги на стереотипы восприятия Византии было огромным. Византия воспринимается сквозь пселловские очки (ну еще с добавлением из раннего пеиода столь же клеветнической "Тойной истории" Прокопия). Пселл заслонил куда более ярких и позитивных авторов таких как Анна Комнина или Никита Хониат.

144. Анна Комнина. Алексиада

Безусловно в топ-10 моих любимейших книг. Ею надлежит лечить то ложное впечатление, которое создает Пселл. Дочь императора Алексея Комнина образованнейшая принцесса Анна, проиграв в борьбе за власть со своим братом Иоанном, на покое в ссылке описала правление отца. В этой книге есть всё - заговоры, перевороты, войны с сицилийскими норманнами, разгром печенегов, проходящие крестоносцы, народные мятежи и богословские споры с еретиками. Всё это описано ярко, вкусно, очень по боевому - просто исключительно по боевому. Алексей Комнин представлен настоящим рыцарем без страха и упрека, и одновременно невероятно хитроумным правителем. Это придает особый отсвет всей книге. Если западный рыцарь в западных глазах благороден, но туповат, а византиец умен но бесчестен, то Алексей у Анны лишен обоих пороков и обладает обеими добродетелями. Франки же у Анны грубы, жадны и неверны слову, но Алексей, по сути, их приручает - история о том как византийский император сумел использовать крестовые походы в своих интересах и сумел хотя бы частично с их помощью отыграть назад захваченное турками после Манцикерта - это лучшие страницы истории дипломатии. Анна очень удачно выбрала антигероя - Боэмунд Тарентский, один из лучших полководцев крестоносцев. Он описан как главный враг византийцев и лично императора. После долгой вражды Боэмунд собирает огромное войско, фактически добивается от папы статуса нового крестового похода против греков, высаживается в современной Албании, но искусными маневрами и дипломатией Алексею Комнину удается уморить его армию голодом, заставить его приближенных сменить сторону, и Боэмунд вынужден подписать унизительную капитуляцию перед императором. После чего он уезжает в Италию и умирает. Абсолютный триумф византийской цивилизации над франкской гордыней. И таких интереснейших сюжетов и сцен в "Алексиаде" множество В общем не читать Алексиады - это все равно что не читать Илиады - очень много в своей жизни пропустить.

145. Никита Хониат. История
 
Трагическая история того как Византия докатилась до взятия Констатинополя крестоносцами.  Если читать книги о Византии советского историка Каждана - прежде всего "Два дня из жизни Константинополя" и "Византийская Культура" - невозможно не заинтересоваться его любимым византийским историком - Хониатом. А когда начинаешь читать Хониата, то понимаешь, что он еще интересней чем изображает Каждан. По сюжету Хониат продолжает "Алексиаду". Он описывает правление преемников Алексия Комнина. Сперва мудрого и отважного Иоанна - идеального византийского императора (Мозаика с ним, кстати, есть в Св. Софии). Очень величественна картина того как разгромив печенегов Иоанн устроил триумф. Но на колеснице победителя не он ехал, а везли икону Богоматери - Взбранной Воеводы. Но Иоанн рано погиб на охоте от несчастного случая. Его сын Мануил входит в историю противоречивой фигурой. Не столько император сколько куртуазный король-рыцарь одержимый грандиозными планами - то он подчиняет Венгрию, то воюет за Италию, дипломатничает со всем светом, но при этом проваливает главную задачу - отвоевание Малой Азии у сельджуков тут он терпит в красках описанное унизительное поражение. На свои бесплодные имперские проекты Мануил растратил массу средств, истощил страну, а главное забросил флот в котором всегда была сила Византии. Параллельно развивается детективная история двоюродного брата Мануила Андроника. Великолепного авантюриста, который соблазняет женщин штабелями - от малолеток до старух, плетет заговоры, его сажают в тюрьму - жена проникает к нему, он делает ей ребенка а потом бежит, а она остается вместо него. Скрывается на Руси у галицких князей. В итоге Андроник захватывает власть и eничтожает жену и сына Мануила а присланную убитому мальчку-василевсу из Франции 12-летнюю дочь Людовика VII берет за себя старика с одной стороны Андроник сладострастник и садист, а с другой мудрый правитель и демагог. Он сторонник национальной экономики и прогоняет венецианцев и генуэзцев, при его предшественниках окутавших Византию долгами. Он влзрождает флот. Облегчает налоги. велит изображать себя на стенах домов в рубахе крестьянина с косой в руках, но все оказалось напрасно - сицилийские норманны, с которыми воевал еще Алексей Комнин, захватили Фессалонику. Описание Хониатом падения Фессалоники - это самый антизападный и антикатолический текст во всей мировой литературе. После него хочется из ярости и мести взорвать Ватикан. Возмущение докатилось до столицы и обрушилось на императора. Формальным поводом к восстанию был приказ арестовать пустопорожнего молодого аристократа Исаака Ангела. Андроник поверил колдуну предсказавшему, что власть у него отберет человек по имени Исаак. Ангел ускакал от стражников на коне и на площади стал умолять народ о защите. Тут и начался мятеж, в конце которого Андроник был зверски замучен толпой на ипподроме. Воцарилась ничтожная династия Ангелов и крестоносцы наконец смогли реализовать мечту бывшую у них еще с первого крестового похода - захват Константинополя. Хониат описывает  падение города, сопровождавшие его ужасы, свое бегство через пролив в Никею, где в итоге обосновалась Никейская империя. Пишет Хониат ярко, сочно, немного преувеличенно-риторично и эмоционально. Мне нравится более сдержанный стиль Анны Комниной, но Хониат объективно хорошо читается. Хотя современного его перевода, увы, нет. Довольно много цитат из Хониата в моей статье "Византийский урок".
Tags: 100 книг
Subscribe

  • Мои твиты

    Чт, 22:52: А миллионы русских, погибших от того же голода, эти твари не чтят. https://t.co/pxu9NVv1y7

  • Мои твиты

    Пн, 12:23: В связи с актуализацией темы "Курска" задзенил свою рецензию на подловатый фильм Винтерберга. https://t.co/oRP7Nnq3ok В ленте…

  • Мои твиты

    Сб, 14:43: Продолжаю представлять читателям избранные страницы моей новой книги "Миражи лжеистории". На сей раз речь пойдет об Акунине, который…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments