Eгор Холмогоров (holmogor) wrote,
Eгор Холмогоров
holmogor

Category:

100 книг. Сезон II. 171-176

Индекс первого сезона 1-150
100 книг. Сезон II (151-159)
100 книг. Сезон II (160-165)

100 книг. Сезон II. (166-170)

171 Черкасов. Кардинал Ришелье

Наверное все кто в детстве смотрел наших "Трех мушкетеров" не могли не полюбить Ришелье Трофимова - он был прекрасен. Мало того, возникало чувство обиды и несправедливости что Дюма сделал героев врагами великого человека - "без 5 минут Сталина". Писатель руками Бушков аж для исправления несправедливости написал текст "Д Артаньян гвардеец кардинала" где всё подправил. На самом деле, при том что Ришелье - великий человек, Дюма стопроцентно прав в передаче его восприятия нацией в XVII веке, которое на уровне массовой памяти сохранилось и в XIX, до того момента как историю начали воспринимать из книг. Величие Ришелье было именно в том, что он всю жизнь трудился для нации которая его поголовно ненавидела - и дворяне и крестьяне. При этом, в отличие от своего преемника Мазарини, Ришелье не брал "за вредность" деньгами. Только славой и самоощущением величия Именно для того чтобы править в интересах нации, без нации и против воли нации Ришелье создал современное государство Разумеется, это ему бы не удалось, если бы он не встретил поддержку со стороны великого короля - Людовика XIII. Людовик XIII был один из величайших монархов в истории Франции. Он сумел устранить Кончини и свою мамашу, фаворита Люиня, сумел выделить из окружения мамаши действительно гениального управленца и отдать ему дела. Ришелье мужественно принял на себя все потоки ненависти за проводимую политику, а Людовик обеспечил ему безусловную поддержку. На этом союзе ломались все интриги которые Черкасов подробно описывает - "День одураченных" когда группировка Марии Медичи потребовала от короля отставки кардинала, им показалось что король согласился и они начали праздновать. Закончилось тем что всех одураченных казнили. Аналогично развивался заговор Сен Мара - слишком много о себе возомнившего королевского миньона. Людовик был для Ришелье надежной стеной и, к тому же, - мечем, он был одаренным харизматичным полководцем, и если бы он не отбил испанцев от Парижа в 1636 все замыслы и заговоры Ришелье по проведению французских интересов в Европе рухнули бы. Перед прямым военным наступлением Ришелье спасовал, а вот Людовик - нет. В Ришелье интересно не столько то что он делал как администратор и дипломат. Что-то из этого было вредным, что-то спорным, почти всё - антинародным. Но он создал ту систему моральной гегемонии государства, той безусловности служения государству как высшему началу, на которой престиж государств держится и по сей день. Если в римской парадигме государство было res publica то есть совпадало с гражданской общиной, с нацией, то Ришелье удалось создать идею государства которое замещает нацию, репрезентирует её. Причем опиралось все это на превосходную интеллектуальную гегемонию. Ришелье создал Академию, развивал прославляющее etat искусство. А тех кто спорил - жестко травил, как Пьера Корнеля, который в "Сиде" осмелился изобразить героя вне "вертикали" (впрочем, к чести Ришелье, надо сказать, что хоть Корнеля за Сида били словесно, но не уничтожили). И в этом Ришелье заложил основы культурной политики Людовика XIV, давшей Мольера, Расина, Люлли и т.д. У Черкасова заслуживает внимания также его книга о генерале Лафайете. Лафайет сражался за американцев в ходе войны за независимость а затем командовал национальной гвардией в ходе Великой Французской революции, причем его справедливо упрекают в том, что чрезмерным чистоплюйством и нерешительностью именно он довел дело до плохого.Заслуживает внимания также "Политическое завещание" Ришелье. Несмотря на споря о его подлинности кипящие уже какое столетие. Даже если оно все-таки не подлинно можно утешать себя тем что это интересный политический трактат.



172. Борисов. Дипломатия Людовика XIV

Невероятно увлекательно написанная книга посвященная веку Людовика XIV. Собственно про дипломатию в ней не так много как хотелось бы. Зато с большим вкусом для советских читателей 1991 года раскрыта тема любовниц Людовика - Лавальер, Монтеспан и Ментенон, Коллизия Фуке-Кольбер, личности Кольбера и Лувуа (о Кольбере, кстати, есть отличная книга Малова "Кольбер: абсолютистская бюрократия и французское общество", но где ее найти кроме библиотек - не знаю), детектив с Железной Маской, подлинная история д Артаньяна, фигуры знаменитых церковных деятелей эпохи Боссюэ и Фенелона, отмена Нантского эдикта, драгонады и изгнание гугенотов и все такое прочее. В общем такое популярное введение в эпоху для чайников. Сегодня, когда я знаю гораздо больше об этой эпохе, я бы сказал, что многие темы недораскрыты - и церемониальная система управления созданная Людовиком, и его культурна политика - Мольер как "сурковская пропаганда", и "танцевальная политика" (блестяще раскрытая Филиппом Боссаном в книге "Людовик XIV. Король-артист"), собственно по дипломатической части не показана всеохватность угрозы исходившей от Франции и то что в итоге Людовик сплотил против себя всю Европу включая Папу Римского, несмотря на то что запретил гугенотов. Именно на противостоянии агрессии Франции эпохи Короля Солнце отладилась система европейского равновесия успешно работавшая до Первой Мировой Войны, а Людовик оказался слабым дипломатом и ничего этому сплочению против него противопоставить не смог. Самым блестящим провалом дипломатии Людовика было то, что главная союзница Франции Швеция как раз накануне войны за Испанское наследство была втянута в Северную войну в ходе которой была уничтожена как великая держава. Людовик не смог просчитать, что его запасную боевую дубинку, шведскую армию, которую он мог бы пустить по тылам коалиции, вместо этого свяжут войной в Польше и на Днепре. Последняя великая битва войны за Испанское наследство - Мальплак состоялась через 2 месяца после полтавской битвы. Людовик XIV был прекрасным мастером культурной политики, управления дворянством, неплохим военным руководителем, Но, по сравнению с Мазарини и тем более с Ришелье, управлявшими всей Европой как шахматной доской, в качестве дипломата он был ноль. Еще Борисов написал неплохую книгу о Талейране, рассчитывая поправить репутацию  которую тому создал Тарле - "беспринципный охотник за деньгами". Борисов настаивает: у Талейрана была идея - европейское равновесие. Честно говоря неубедительно - система равновесия существовала и без Талейрана, а он был просто её очень корыстным винтиком. По единству серии и сходству обложек упомяну еще "Дипломатию Симона Боливара" Глинкина. Честно говоря ничего из этой книги не усвоил, кроме того, что Боливар был идеалист и хотел единства всей Латинской Америки и что президент США Монро с его доктриной был плохой поскольку хотел чтобы европейцы в Америку не лезли и все досталось США. На самом деле не будем забывать, что Боливар основал не "свободную Латинскую Америку", а систему британских криптоколоний. Хотел он этого или нет - вопрос второй, но до середины ХХ века этот статус почти не нарушался.

173. Павлова. Кромвель

Первой английской революции (которые сами англичане предпочитают именовать смутой или мятежом) в нашей историографии не повезло Более всего писавший на эту тему Барг - зануден чуть более чем полностью. "Великая английская революция в портретах ее деятелей" мучительно скучная книга к тому же наполовину посвящена маргиналам Лильберну и Уинстенли. "История английской революции" Гизо так же невероятно скучна, хотя по насыщенности фактурой читать можно. Исключительно хорош Савин "Лекции по истории английской революции" но в моем отрочестве его было не достать. На этом фоне живенькая жзловская биография Кромвеля за авторством Павловой была чудо как хороша. Все было понятно кто кого и чем. Главный урок, который я лично из нее усвоил, - Кромвель был никакой не революционер. Да он был пуританин, оппозиционер, фанатик веривший в свое исключительное предназначение. Но революционерами были Гемпден, Пим и прочие вожди парламента доведшие дело до гражданской войны (по странной иронии судьбы оба умерли в 1646 - в её начале). Роль Кромвеля началась тогда и там где "революция", строго говоря, закончилась и началась война. В войне секрет Кромвеля был прост - под его командой была по сути дела тоталитарная секта, при этом скованная не только энтузиазмом но и дисциплиной. За малейшие провинности в армии Кромвеля расправлялись очень жестоко. На английской почве повторился "эффект Густава Адольфа" 15-летней давности - армия, которая не грабит, молится и дерется насмерть. Короля Кромвель казнил также не из революционных соображений, а просто потому что тот занимал его место. По настоящему Кромвель себя показал как отец английского великодержавия, быстро решив те проблемы, которые столетиями решали Плантагенеты, Тюдоры и Стюарты. Переломил хребет шотландцам, потопил в крови Ирландию, а главное - к общему шоку всех протестантов в мире - затеял войны с Голландией за торговое преобладание, утвердив Навигационный акт. Уже это показывает насколько мало это был религиозно партийный человек. Его индепендентство значило "верить как хочешь и плевать на всех", в том числе и на протестантов. Самая близкая фигура к Кромвелю это Ришелье - и тот и другой зачали и родили государство государство современного типа. А затем оставили его королям. Ришелье просто не пришлось для этого казнить короля. Рождающиеся новые государства на короткое время концентрировались в личности, чтобы затем вновь стать институтом. И Кромвель именно в этом ряду, рядом с Ришелье и Петром I, а не с Робеспьером и Наполеоном как думал Маркс.

174. Карлейль. Французская революция

Эту безумную книгу знаменитого английского литератора и политика издали у нас к 200 летию Революции. Почему - я так и не понял. "История" Карлейля это 600 страниц патетических выкриков в стиле Васисуалия Лоханкина: "Волчица подлая тебя я презираю!". "О Людовик! Ты еще не знаешь что твое время ушло! О Робеспьер! Видишь ли эту кровь?!" и т. д. Проблема в том, что если не знаешь как происходили описываемые события и кто все эти люди, из книги Карлейля что именно происходит не поймешь. Выходит на сцену совершенно незнакомый вам персонаж - какой-нибудь Мирабо-Бочка, и автор начинает поливать его оскорблениями. Вывести какую-нибудь концепцию или прагматику из этого текста невозможно. Пусть хотя бы концепцию героического в истории которую Карлейль развивал в специальном трактате "Герои, почитание героев и героическое в истории". Широко известна тема влияния Карлейля на сверхчеловека Ницше, а через это на отбытие крыши герра Гитлера решившего стать Героем. Но такое влияние оказал скорее теоретический трактат Карлейля и написанная им восторженная биография Фридриха Великого. А вот "Французская Революция" это, увы, бесконечное - "вы пидарасы, а я виконт де Баржелон". Гораздо лучше в плане понятности событий, хотя и не лишенная пафоса (но более вразумительного) "История жирондистов" Ламартина, её как раз недавно переиздали. Единственный недостаток - она не охватывает всю революцию. Классический труд о Французской Революции - История Адольфа Тьера, но она доступна пока лишь у антикваров. Из авторов того же поколения лучшее из доступного - это "Французская революция" Франсуа Минье. Лучший анализ революции - "Происхождение современной Франции" Тэна, уже помянутое нами под номером 99.  Интересна так же "Социалистическая история французской революции" Жореса. Она написана с левых позиций и интересна не столько событиями сколько отступлениями в область законодательства, экономики. Классическая позитивистски-либеральная работа "Политическая история французской революции" Альфонса Олара. Продолжателем же консервативной критики был уже упомянутый нами Огюст Кошен, эстафету которого подхватил Франсуа Фюре в своей интереснейшей книге "Постижение Французской Революции".

175. Манфред. Три портрета эпохи Великой Французской Революции

Вообще Манфред, на мой взгляд, скучноватый историк. В огромном "Наполеоне Бонапарте" он, однако, ухитрился "нираскрыть" тему. Единственный интересный момент который я оттуда запомнил - это анализ написанного молодым Бонапартом памфлета "Ужин в Бокере" (Вообще, лучшая характеристика Наполеона принадлежит Тэну в 5 т. его великой книги - "ренессансный итальянец и дикий горец в одном флаконе"). Столь же безлика и скучна и манфредовская "Великая Французская Революция".  А вот "Три портрета" редкое исключение. Это очень интересное чтение из-за портрета Мирабо. У Мирабо биография, которая побеждает любого зануду-автора. Сын знаменитого экономиста-физиократа Мирабо - "Друга Народа", Мирабо большую часть жизни потратил на войну с отцом, который его ненавидел считая воплощением всех пороков. Когда отец уже в Ваши 10 лет уверен что вы исчадие ада - Вы таковым и вырастете. Мирабо вырос развратником, кутилой, делал огромные долги но при этом все признавали его исключительный ум. Отец для его "исправления" непрерывно использовал такой механизм деспотизма как летр де каш - королевские приказы о внесудебном аресте и заключении с незаполненным именем. В результате Мирабо погостил в дюжине тюрем включая замок Иф (где соблазнил жену начальника тюрьмы). В итоге он познакомился с Софи - молодой женой пожилого маркиза. Они вместе сбежали в Голландию. В итоге их схватили. Софи заперли в монастырь, Мирабо приговорили к смерти, из тюрьмы они трогательно переписывались, но постепенно дистанционная любовь угасла. Еще в тюрьме Мирабо писал порнографические романы (их тогда все писали - от Лакло до Де Сада) и политические трактаты. На свободу он вышел в 30 лет, влиятельным общественным деятелем и публицистом. Отмазался от смертного приговора, судился с женой и хотя проиграл, приобрел известность как адвокат. Быстро был приближен правящими кругами. Затем стал главным оратором и вождем Генеральных Штатов. С одной стороны он был вождем революции. С другой - брал субсидии у двора и рассчитывал сделаться министром. Идея Мирабо состояла в том чтобы направить Францию по английскому пути парламентской монархии, создать свободу в рамках порядка. Возможно это бы и удалось (хотя скорее всего нет - против Мирабо сплотились уже все политиканы и правые и левые), но он внезапно умер в 42 года. Разврат, тюрьмы и работа на износ истощили его.

176. Левандовский. Дантон

Левандовский - популярный в позднесоветский период автор по истории Франции. Некоторые книги у него, имхо, совсем неудачные, например, - неглубокая жзловская биография Жанны д Арк. А вот книга о Дантоне очень хороша. Дантон пользуется у историков общей и довольно загадочной любовью. Даже беспощадно препарирующий всех и каждого Тэн, про него говорит в целом благожелательно. И это несмотря на то что Дантон непосредственно причастен ко всем гнуснейшим историям в Революции - сентябрьским убийствам, казни короля, репрессиям против роялистов и федералистов. То, что приличным людям он рассказывал что "ни к чему не причастен - просто не в силах остановить" и готов был взять взятку чтобы спасти короля - это как мы понимаем говорит скорее о его лживости, а не о гуманности. Человек этот был аморальный циник, но историков подкупает в нем какая-то жизненная витальность, полнокровность, жирность в противоположность малохольному Робеспьеру (закономерно, что его у Вайды играл именно Депардьё). Но давайте тогда любить Геринга в сравнении с Гитлером и Геббельсом и прочих жовиальных в сравнении с малохольными. Полагаю, что нерв продантоновских симпатий в том, что этот плебей ставший министром и вождем - образ выгодополучателя революции. Дантон действительно делал Революцию в своих личных интересах, интересах таких как он, и был, в этом смысле, порядочно корыстен. Ни мечтательного предательства как у Лафайета, ни зудящей ненависти как у Марата, ни людоедского доктринерства Робеспьера. Деньги, власть, популярность, жена-малолетка (с ней он тайно обвенчался у неприсягнувшего священника потому что иначе не отдавали) в общем - всё полной чашей. Пожил и на гильотину. А вот Робеспьер тоже на гильотину, но даже и не пожил. Кстати о Робеспьере у Левандовского тоже есть книга, но она разумеется неудачная. В СССР полагалось восхищаться Робеспьером и критиковать его за террор лишь капельку. А потому честный ответ на вопрос как во главе Франции мог оказаться и перебить столько людей ограниченный пустопорожний ритор-параноик, ответ был невозможен.
Tags: 100 книг
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments