Eгор Холмогоров (holmogor) wrote,
Eгор Холмогоров
holmogor

Category:

Речения: О международном положении, Путине и конце конца истории

Речения из вчерашней радиопрограммы.

О резолюции Генассамблеи ООН

Вся наша либеральная общественность последние 60 лет мечтала попасть в государство Израиль. Вот они в него попали. Множество таких резолюций действует против Израиля, а их принимали в 1970-е годы Генассамблеи ООН просто пачками. Как видите, ни одна из них абсолютно никакого влияния на политику этого государства не имеет.

Об американской машине для голосования

Ситуацию в ООН, ещё советская пропаганда совершенно справедливо называла американской машиной для голосования, то есть даже карикатуры рисовались, можете поискать в интернете. Вот сидит представитель США, и дёргает за ниточку, и представители кучи стран – Коста-Рика, Гватемала и так далее – дружно поднимает руку. Вот здесь абсолютно та же ситуация. Голосуют те страны, которые связаны с западной дипломатией, с американской политической гегемонией.

О дезинформационной войне

Сейчас идёт активная дезинформационная война. Сейчас обе стороны тщательно пытаются ввести в заблуждение противника относительно своих планов. И, например, удалось прекрасно это сделать на этапе крымской операции, о чём писали в американской прессе, что Россия применила «маскировку», слово без перевода, и, соответственно, американцы не поняли, когда где и что именно произойдёт. Я подозреваю, что сейчас по украинским границам создаётся такое ощущение, впечатление движения каких-то войск и так далее. Но никто не знает, что, как и в каких конкретно формах будет происходить. По степени нашего удивления в тот момент, когда события начнут развиваться, можно будет оценить степень успеха подготовки операции.

О том, что Путину есть с кем поговорить

Владимир Владимирович Путин, которого за последние 15 лет по разным поводам не пнули только самые ленивые, на фоне Обамы сейчас выглядит одновременно Наполеоном, Бисмарком и ещё Махатмой Ганди. Ему теперь наконец-то есть с кем поговорить, если встать перед зеркалом

О новой военной тактике

Теперь у нас армия крупной великой державы выступает под видом повстанцев, сил самообороны и так далее. Она в этом качестве может взламывать считающийся нерушимым геополитический порядок. По уже одной этой инновации достаточно того, чтобы эту операцию вписать в анналы истории военного искусства.

О плодах традиционалистской политики

Путину удалось мобилизовать на свою сторону все несистемные силы современной европейской политики. Это старые отставные политики, которые все дружно говорят нынешней политической элите Европы «ну, что вы вообще что делаете, так с Россией поступать нельзя, нужно быть осторожными, нужно быть разумными, в наше время так не делали». Дальше. Все крайне правые – надо сказать, что с моей точки зрения в европейских крайне правых нет ничего абсолютно плохого – выступают не на стороне «Правого сектора», а на стороне России, потому что Россия – это противник всего этого глобального мирового порядка, того, что у нас за последнее время прозвали Гейропой. Все традиционалистские силы Европы, как сейчас – а это, по меньшей мере, 20-25 % электората – после двух лет этой компании, которую у нас не материл только ленивый, твёрдо верят, что Путин за семью, что это человек, который против всего этого разврата, что он правильный, крутой консервативный парень, и надо ориентироваться на него.

О Закарпатье

Вам честно скажу, что я бы предпочел сейчас увидеть Ужгород в руках у Венгрии, в которых он находился последнюю тысячу лет, чем в руках у нынешнего Киева.

Об американских демократах

Обама – это хромая утка. Он находится в середине своего второго срока. Его рейтинг уже никому не важен, а важен рейтинг демократической партии. Вопрос в том, кто сейчас выдвинется от демократической партии, потому что если, например, это будет Хиллари Клинтон, то самое лучшее, что мы можем хотеть, то это то, что кандидат от демократов проиграл, потому что Хиллари Клинтон – это хуже любого республиканца. Это хуже даже, наверное, Маккейна.

Об американских республиканцах

О республиканцах, где у них тоже не простые процессы, где борются две партии, так называемые неоконсерваторы, потому что никакие не консерваторы, а это лютые разбойники, империалисты, бывшие троцкисты, которые рулили внешней политикой при Буше. С другой стороны, там действуют силы откровенных изоляционистов, таких, как Рон Пол. В республиканской партии происходят вот такие процессы, которые могут привести к сдвигу уже теперь её в сторону отказа от имперской политики Америки. Если это произойдёт, то нам как раз будут выгоднее республиканцы, чем демократы, что скорее американскими изоляционистами, которые, собственно, и сейчас в ходе всего этого конфликта вокруг Крыма выступают с достаточно пророссийских позиций.

О Поклонской

Очень многие сводят Наталью Поклонскую к внешнему анимэшному образу. А, на самом деле, там всё гораздо интересней. Мне рассказали немножко, как формировалась власть в Крыму в эти критические минуты. Сначала шёл обычный политический процесс, бульдоги под ковром, а потом выяснилось, что появились люди в зелёном, что это уже серьёзное международная политическая акция, и как-то вот желающих сделать шаг вперёд резко уменьшилось. Список людей, которые готовы были возглавить Крым, сократился до одного человека, до Сергея Аксёнова. Точно также список тех, кто был готов согласится возглавить прокуратуру, был, действительно, по принципу «либо в грудь крестах, либо голова в кустах», тоже сократился до Поклонской. Собственно, она оказалась не благодаря каким-то личным связям, не благодаря какой-то случайности, а благодаря только тому, что только ей хватило решительности сделать этот шаг вперёд и сказать «да я готова возглавить прокуратуру».

Об "энергонезависимости" Европы

Все страшилки о том, что Европа сейчас будет избавляться от энергозависимости от России, строятся на предположении, что Европа испытывает невероятные моральные страдания от того, что Россия возвратила Крым. Считает, что ей насильственно выкручивают руки, и поэтому всячески стремится от такого положения избавиться. В то же время никаких признаков того, что они страдают. Они получают удовольствие, потому что баланс сил в мире немножко выравнивается. По мере выравнивания этого баланса сил престиж европейских стран в качестве великих держав растёт, а не падает.

О конце конца истории

Та ультралиберальная коалиция конца истории – если помните, такой термин американского политолога Фукуямы, что вот победил либеральный мировой порядок, история кончилась, и дальше ничего не будет, всё будет прекрасно – вот эта либеральная коалиция конца истории она начинает сдавать свои позиции, просто начинает в самых разных странах постепенно обозначаться группой интересов, которые выступают за то, чтобы история продолжалась, за то, чтобы американский порядок был не вечный

О Путине

В патриотические одежды он рядился последние 15 лет, а в этом году он впервые на моей памяти полноценно соответствует своему наряду. Для меня это, в общем-то, тоже достаточно неожиданная перемена. Я вот вспоминаю, как два года назад мы с Владимиром Владимировичем встречались в кругу российских политологов. Как раз обсуждали Болотную площадь, ситуацию в стране. Я позволил себе достаточно резко агрессивно себя с ним вести, дискутировать. Это всё было за закрытыми дверями, музыканта Юру я из себя не корчил, но задавал ему жёсткие вопросы по Кавказу, по гастарбайтерам, по русскому вопросу и так далее. Было очень забавно, как вначале он говорил, что мы не должны допускать национализма, а потом сказал «Егор, ну, мы же с вами русские националисты, мы же должны с Вами понимать, что не всё так просто». Вот. В конце, когда мы прощались, как-то посреди такого формального прощания он подошёл, пожал мне руку и сказал «Егор, всё будет нормально». Я тогда это воспринял о исключительно как жест произвести впечатление на человека, которого впервые видишь. Вдруг спустя 2 года в моём личном представлении, если не всё нормально, то нормально очень много и произошли вещи, которые для меня, например, были принципиально важны и до которых я не думал дожить. Я Вам честно скажу, если бы меня в декабре месяце спросили, веришь ли ты, что ты доживёшь до того дня, когда Севастополь опять будет русским, я бы сказал нет. Я уверен, что не доживу. И вдруг выясняется, что я до этого дожил. Это некая политическая метаморфоза, которая может иметь самые разные объяснения, от знания нашим политическим лидером того, что он работает не столько на свою власть, сколько на своё место в истории.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 9 comments