Eгор Холмогоров (holmogor) wrote,
Eгор Холмогоров
holmogor

Categories:

Ну и в последний раз про Олимпиаду

Ну и в последний раз про олимпиаду. Чтобы так сказать закрыть тему.

https://um.plus/2016/08/23/olimpiada-s-privkusom-ozverina/

В своей основе Паралимпийский комитет – чисто западное учреждение. Он не имеет никакого формального отношения и связи с олимпийским комитетом, не подчиняется Олимпийской хартии. МПК в некотором смысле сам себе хозяин и никому не подотчетен. В отличие от МОК ему не приходится считаться с мнением разнонаправленных сил и разных групп стран. Поэтому возможности для беспредела в отношении наших паралимпийцев безграничны. Можно размахивать бездоказательным докладом «комиссии Макларена» и творить, что угодно.

Проблема лишь в том, что подобные жесты, как административный запрет нашим паралимпийцам участвовать в соревнованиях, — символ слабости, символ поражения в честном соревновании. Переход от «Быстрее. Выше. Сильнее» к циничной максиме о том, что побеждает тот, кто устанавливает правила

То, что в современном мире большая часть правил по-прежнему пишется в Вашингтоне – сомнений нет. Но подобное обнажение приема лишь убедит Россию в том, что играть по чужим правилам пора заканчивать и стоит конструировать свои форматы международных соревнований и свои игры. Ведь формат «олимпизма» отнюдь не универсален, что и показала Олимпиада в Рио. Западные спортсмены соревновались друг с другом, российские – еще и с подлостью и ненавистью, то есть преодолевали на порядок больше стрессовых факторов, чем конкуренты. А значит и вес их золота, по сути, гораздо тяжелее.

Современный олимпизм является порождением просвещенческого рационализма и идеи равенства. Для всех стараются создать предельно равные условия, чтобы получить некое химически чистое превосходство в силе. Перед нами, по сути, проекция ньютоновской картины мира на физические возможности человека. Предельно абстрагированная и оттого, откровенно говоря, скучная.

Я бы с большим удовольствием посмотрел бы на игры в которых участники сталкиваются с неожиданными и разнородными препятствиями. Где пловцов ждут то камни, то водоросли, то хищные рыбы, где бегунам приходится преодолевать горный поток, овраг и тащить на себе упавших товарищей, где в фехтовании удачный укол соперника сковывал бы движение, причинял боль или парализовал конечность. Где в стрельбе мишень двигалась бы по непросчитываемой со стопроцентной точностью траектории. И главное, чтобы все трудности для участников более-менее различались если не по интенсивности, то по характеру.

И тогда мы бы смогли увидеть в спортсмене человека, а не сферического коня в вакууме, носителя воли, интеллекта и находчивости, а не мускульную машину. Такие игры пользовались бы куда большим вниманием и интересом (если обеспечить их от перерождения в подставное шоу), чем уже несколько поднадоевший сферический олимпизм. Ведь, будем честны, наше особенно пристальное внимание к Олимпиаде в Рио (каюсь, игр в Лондоне я просто не заметил, а пекинские запомнились только олимпийской войной на Кавказе), связано было именно с допинговой травлей, с моментом преодоления, а не с чисто спортивным интересом.

Самый позитивный момент этой Олимпиады состоял в следующем. В течение двух недель телекомментаторы буквально зомбировали телезрителей словами «атака» и «активность»
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment